И впервые за долгое время я улыбаюсь.
Глава 32. Утренний разговор
(Саша)
Раннее утро. Я сижу на кухне, обхватив чашку с чаем, но он уже остыл. Руки дрожат – от усталости или от чего-то другого, сама не пойму.
Кир спит.
Не бредит, не мечется в лихорадке, не хрипит, зацепившись за жизнь кончиками пальцев. Спит. Ровно, глубоко, как будто его тело, наконец, поверило, что может позволить себе отдых.
Я закрываю глаза и вдруг понимаю, что улыбаюсь. Как дура.
Он вернулся.
Непросто очнулся – а встал, подошёл к окну, смотрел на меня с тем самым взглядом, от которого мурашки по коже. Даже слабый, даже еле держась на ногах – он всё тот же. Упрямый, резкий, живой.
И, чёрт возьми, я так рада, что готова была закричать.
Но вместо этого я просто сидела рядом, кормила его этим дурацким супом (который, да, выглядел отвратительно, но Марика клялась, что он поможет) и он позволил себя накормить.
Хотя Кир даже в полумёртвом состоянии продолжал противостоять всем, рычал на нас, чтобы мы не смели его трогать, когда мы его переворачивали или мыли. Неисправимый.
Я прикусываю губу, чтобы не рассмеяться. Или не расплакаться.
Чем дольше я живу на Бейросе, тем больше влюбляюсь в этот мир.
Он напоминает мне ту Землю, которую я помню. Зелёными лесами, чистыми реки и бескрайними полями. Где люди не ютились в бетонных коробках под куполами, а жили.
Здесь нет бесконечных правил, запретов, строгих квот на воду и воздух. Здесь можно дышать.
Я чувствую себя... как в детстве. Когда приезжала к бабушке в деревню и целыми днями пропадала в лесу, возвращаясь вечером с царапинами, грязными коленками и полными карманами камешков и шишек.
Только вместо леса – джунгли. Вместо камешков – странные блестящие семена, которые светятся в темноте. Вместо бабушкиного дома – хижина с широкими окнами, откуда видно, как лиловые лианы качаются на ветру.
А теперь ещё и... Кир.
Я вздыхаю, отодвигаю чашку.
Потом надо будет спросить у него – можно ли остаться на Бейросе, если... когда наш договор закончится.
От этой мысли улыбка гаснет.
Но я не даю себе зацикливаться. Как будет – так будет. Я не умею влиять на других – да и не хочу.
Значит, буду жить одна.
Вайс говорил, что неподалёку есть деревня – там селятся и земляне, и местные. Вот и я там себе домик поставлю. Маленький, с широким крыльцом, чтобы по утрам пить чай и смотреть, как солнце поднимается над верхушками деревьев.
Вайс уже обещал помочь.
А ещё я заведу себе кухуру – это такие здешние животные, похожие на коз, только с одним рогом и шерстью, мягкой, как шёлк. Они дают молоко – сладкое, с лёгким привкусом мёда, – и шерсть, которая в жару охлаждает.
И огород. О, у меня уже есть маленький огородик!
Год назад я бы никогда не поверила, что буду с таким восторгом копаться в земле. На Земле посадка картошки и помидоров вызывала у меня смертную тоску.
А здесь...