— Не годится такое!
— Не пойдëм никуда…
Я подождал, пока эмоции стихнут, и продолжил.
— Кто отказывается, убирайтесь завтра же с первыми повозками на паперть. Я вас не держу. Считайте выкуп моим подарком, — я показал пальцем на дверь. — На выход. Разрешаю набить брюхо перед отъездом, помяните боевых товарищей. А кто остаëтся, предупреждаю: предложение выгодное, но шанса передумать не будет.
Поставив ультиматум, я дождался пока тридцать шесть вояк выйдут. Это был их выбор. Трусы и слабовольные на такое дело всë равно не сгодятся. Оставшиеся семьдесят пять человек, в том числе и патлатый Федот, мрачно на меня зыркали исподлобья, ожидая подвох.
— Меня ненавидят во всëм Таврическом Великом княжестве, так что расслабьтесь. Ваше процветание в моих интересах. Мы поможем друг другу. Я вам деньги и поддержку, а взамен вы станете моими глазами и ушами.
Они ждали подробностей, потому продолжил.
— Перед отправкой в колонии по пять человек на ячейку вы пройдëте курс восстановления и получите новейшие протезы. Также вас обучат базовой магии и выдадут по перчатке-линзе на группу. Самостоятельно охотится и обеспечивать себя вы не сможете, поэтому на каждую колонию я выделю по двадцать глипт. Это ваши слуги. Хотите, воюйте ими, хотите, для мирной работы используйте — мне без разницы. Вы должны освоиться на новом месте и твëрдо встать на ноги.
— Фискалить посылаете? — догадавшись, спросил Федот.
— Как и многие мне подобные, — ухмыльнулся я. — Я хочу знать, что творится в колониях. Все новости, даже на первый взгляд пустяковые. За это и буду платить.
— А что вашему благородию важно знать? — осведомился другой калека без кисти.
— Под кем колония: кто главная сила среди витязей и собирает сливки, кому служат? Познакомьтесь с местными, некоторые из них, как и вы, держат ухо востро: сколько их, кто они, кто платит им? За иностранцев раскопайте всë, что можно. Мне интересен расклад сил, он постоянно меняется. Новые люди приходят и уходят, кто-то гибнет, кого-то бросают — я не могу за всем уследить. В этом мне поможете вы, — показал я на них пальцем.
Пока их внимание висело на крючке, я продолжил.
— Выходит новый закон или правило — вы немедленно докладываете. Это же касается визитов знатных лиц, всяких проверок, РГО, экспедиционного корпуса (количество виверн, разведчиков, куда полетели, что делали, кто из них много пьëт или по девкам мастак — всë грязное бельишко трясите).
— Лучше уж сразу верëвку выдай, Владимир Денисович, отмучаемся, да и ладно.
— Боишься, Федот?
— Всяко такая смерть легче, чем живодëрам в лапы попасть.
— Кто говорил, что будет легко? Все так делают и вы будете. По империи через особый канал передавайте, научим. За такие сведения втридорога готов платить. А за свод цен на магсырьë или сплетни о баронских шлюхах никто не почешется барагозить. На взятки отдельно получите, — добавил я.
— В один конец ведь отправляешь. Мы там осядем, а потом не нужны тебе станем или как с графом нашим выйдет: побьют тебя, что тогда?
— А для этого я и даю вам глипт. Первые три года их пропитание — моя забота, потом — ваша. Проработаете десять лет, получите двадцать тысяч подъëмными каждый и по десятку глипт на рыло. Кто захочет остаться в деле, пожалуйста. Гарантирую бесплатное лечение вам и вашим близким, а также свою защиту и покровительство после окончания службы.
— А оброк?
— Никакого оброка, с вас мне нужна только слежка. Однако имейте в виду — отколетесь раньше срока, глипт заберу.
«А сами надолго сляжете от загадочной болезни, или насовсем», — продолжил я мысленно, но вслух не сказал.
Если за такое не наказывать, то все ячейки взбунтуются и порвут связи. За хорошую жизнь не всегда благодарят, но заживо сгнивших «коллег» помнить будут вечно.
Я хотел построить долгоживущую самостоятельную систему союзов с колонизаторами. Чтобы даже в случае прекращения поддержки из центра они могли достойно существовать общиной. Все эти нюансы и ситуации мы ещë обсудим, сейчас мне важно было их согласие.
— Решайте здесь.
— Возражений нет, — ответил Федот, другие тоже закивали или подали сигнал присоединиться к общему мнению. — На таких условиях звучит выгодно, лишь бы ваше благородие не передумало…
— Даю слово, что не брошу вас, — я протянул ему руку, на что тот удивлëнно поднял взгляд, но спустя мгновение пожал еë.
— Развлекайтесь, заселитесь сегодня во вре́менное жильë. И кстати, можете известить свои семьи — взять их с собой в Межмирье, либо пусть переезжают ко мне.
— Вам же не нужны слабаки в этом городе? — уточнил кто-то из толпы.