Не хотелось мне их в подвал пускать, мало ли что они там приметят. Но и открыто это показать было бы неудобно.
- Да давайте прям тут в сарай пока выгрузим. Я потом все растащу. Пока еще и сам не решил куда. Не ждал вас. – попытался я плавно обойти этот неудобный момент.
- Да как скажешь, Вадим. Как скажешь, нам же проще. Давай, Славка, хватай мешки. Вон к лестнице тащи. – тут же распорядился Илья.
- Погоди, Илья. Чего корячиться-то. Сейчас тачку пригоню, проще будет.
- И то правда. Ну коли есть так веди. – согласился Решетов и тут же отдал команду начавшему радоваться Славке, – Ну ка, Славка, давай всю мелочевку спереду таскай на лестницу ставь.
Строго у них в семье. Младший Решетов, тут же, с пробуксовкой рванул исполнять приказ старшего. Ну и я чуть ли не бегом за тачкой пошел. Суровый мужик этот Решетов. Тем не менее, когда я пришел с садовой тачкой к воротам Илья сказал:
- Мы тут сами управимся. Ты, Вадим «Митрич» нас чаем лучше угости на дорожку.
- Без проблем. Сейчас пойду поставлю, да соберу чего-нибудь перекусить.
- Не суетись сильно, нам сноха с собой собрала поснедать в дорогу.
После его слов я поспешил в дом и далеко не с целью побыстрее чайник согреть. Следы надо замести. Уже войдя в дом понял, что оставил их там наедине с укрытым брезентом багги. И тут у меня открылись скрытые резервы скорости.
Чайник на плиту. Сахар из пакета пересыпал в глубокую тарелку, в другую такую же соль высыпал. Чай высыпал в какую-то фарфоровую емкость с крышкой, которая скорее подошла бы для сахара. Но сейчас не до этого, главное быстрее. Колбасу и бастурму из пакета вывалил прямо на стол. С колбасы пришлось быстро отрывать этикетку. Полбулки хлеба достал из пакета и отправил в имеющуюся деревянную хлебницу. Оглянулся. Вроде все нормально и быстро вернулся в сарай.
- Быстро ты. Мы еще и с фуражом не закончили. – удивился Илья.
- Ну чайник на плиту поставить недолго.
- А у тебя небось тут эфирная плита-то?! Цивилизация? Во! – полуутвердительно спросил Решетов.
Ага, понятно. Значит представление о цилиндрах и их свойствах они имеют. Уже проще.
- А то как-же. Техника же вокруг сложная. – подыграл я ему.
- Это да. Ночами и мы твою технику видим. Сперва прям аж хорошо так светило, а сейчас что-то уже не так видно.
Ого! Это получается свет от маяка и до них доставал.
- Мы же как увидели, что мельтешит так и стали собирать провиант. Ну думаем прибыл смотритель. Кормить пора.
- Спасибо. Вовремя вы. А то я уже колбасой сыт по горло. На рыбу перешел. – поблагодарил я, - А маяк я перенастроил, а то спать невозможно было. Теперь только на море светит.
- Хороший фонарь. Крепкий. У тебя тут ночью наверно, как днем светло? – поинтересовался старший, а младший замер с груженой двумя мешками тачкой, ожидая моего ответа. Любопытный.
- Да. Светло. Но, он же гад такой мигать должен. От этого мельтешения его очень уж глаза устают. То очень светло, то темень. Так что, не очень это приятно. – сказал я, но чувствую, что младшего это совсем не удовлетворило.
Видно, что хочется ему больше узнать и увидеть, а спросить стесняется. Можно будет его наверх сводить, показать. В башне вроде ничего из своего мира у меня не валяется на виду.
- А что, Славка, хочешь на маяк залезть посмотреть?
Молодой глянул на ухмыляющегося Илью, понял, что тот в принципе не против и тут же уцепился за такую возможность:
- Конечно! А можно!? А когда? Дядь Вадим, а труба у вас зрительная есть?
Ого! Я уже в дяди попал.
- Славка! – тут же рыкнул Илья, - какой тебе дядя!? Вадим Дмитриевич!
Младший Решетов тут же испуганно покраснел:
- Простите, Вадим Дмитриевич! – старательно выговаривая отчество и повесив голову сказал Славик.