Схема с оттяжкой и буйком показал себя годной. Сложноватая в использовании, но вполне рабочая. На середине гавани Фёдор немного поднял грот и поймав в него прямой ветер начал медленно выводить судно из границ причала играя штурвалом. Выйдя из гавани, мы еще немного приподняли грот и вышли на открытый простор. Я настоял, что бы Фёдор не бегал и не дергал за канаты, а только показывал мне пальцем «тудой-сюдой». Когда паруса полностью развернулись и маневрируя рулем мы поймали ветер я кажется подхватил от Фёдора его болезнь морем.
Никогда в своей прошлой жизни не мог представить себя на корабле под парусами. Даже мысль об этом не приходила в голову. Видя в интернете и по ТВ эту паутину веревок и гигантские полотнища парусов, я думал, что для управления всем этим хозяйством нужна большая команда или учеба с зубрежкой на долгие годы. Всегда думал, что это удел отбитых на всю голову спортсменов, любящих бегать по палубе и постоянно тянуть то одну то другую веревку. То же, что я испытывал сейчас никак не укладывалось в моей голове, где охотно прижились все эти выдуманные мной самим догматы.
Во-первых, бегать и тянуть веревки постоянно было вовсе не нужно. Нужно было найти оптимальное положение парусов относительно ветра и друг друга. Во-вторых, не нужно было постоянно крутить штурвал. Его вообще можно было не трогать! А если трогать, то нежно и не нужно было после этого бежать, и перенастраивать паруса. То, что я себе навоображал в голове нужно было именно спортсменам, которые шли на скорость и маневрировали между буйками. Простому плаванию это вообще не нужно! Есть курс, он не меняется. Есть ветер, он меняется очень медленно. И никакой суеты не нужно. А нужно просто наслаждаться этим полетом. Именно полетом. Яхта просто летела по волнам, разрезая воду острым форштевнем без всяких брызг, окатывающих палубу. Кое-какие брызги конечно долетали, но это было даже приятно. В какой-то момент я понял, что выгляжу со стороны наверно, как какой-то юноша шестнадцати лет увидевший чудо. Но глянув украдкой на Фёдора удивился. Он реально стал моложе, лет на десять точно. И еще он завис. Перестал давать мне команды и советы. Сидит, уставился куда-то вдаль и лыбится так, что кажется его слегка невменяемым. И я его понимаю. Сам такой же, только еще более шибанутый. И чтобы совсем соответствовать я ухватился за ванты мачты и свесившись через леера за борт заорал:
- Иё-о-хо-хо! И бутылка рома! Живё-ё-ё-м Федя-я-я!
Фёдор встрепенулся и выйдя из состояния радостной невменяемости просиял еще больше, показав мне свой очень большой большой палец.
Обидно только что времени до темноты осталось не больше полутора часов. Пришлось разворачиваться. При этом я предостерег Фёдора от подсказок и сам перенастроил паруса. На что Фёдор только удивленно покачал головой. Перед заходом в гавань я спустил стаксель и урезал площадь грота. Яхта стала быстро замедляться и Фёдор, играя рулем ввел ее в границы причала, я тут же спустил полностью грот и кораблик медленно продрейфовал к оттяжке и приняв ее бортом стал скользить вдоль нее к буйку со швартовочными концами.
Затем, после причаливания, мы осуществили задуманную идею с отводом борта яхты от привалочного бревна. Зачехлили парус, застегнули замок на штурвале и отправились в дом. Дождя этой ночью Фёдор не обещал, поэтому накрывать палубу не стали.
Дома завели позабытых коней в сарай, выдав им на ночь пайку и воду. Впрочем, моих коней кажется не особо и задело наше невнимание и отсутствие, они вполне себе нашли, о чем поговорить с конем Фёдора. Фред конечно построил из себя немного обиженного, но быстро простил, получив порцию каши. Нам же с Фёдором пришлось довольствоваться мегаяичницей из десятка яиц с грудинкой и деликатесной ногой кабанчика. Впрочем, из той яичницы я съел не больше трех яиц. И то только потому что закусывать надо! Бутылочку-то мы приговорили. Тут конечно опять отличился Решетов, которому эта крепкая настойка навредила так же как слону дробина. Но после нее и прогулки на яхте его как будто подменили. Исчез громкий и порывистый Фёдор и появился рассудительный уравновешенный Решетов, на губах которого все время расплывалась улыбка. Хорошо море мужика приложило. Мы еще долго сидели на веранде в саду, курили трубки, пили чай. Фёдор рассказывал о правилах, судоходства, которые никто не регламентировал и которые являлись скорее традициями. Снова обсуждали преимущества морского транспорта над конным. Спохватились, что у моего корабля нет имени. Долго спорили. Я победил, предложив имя «Новик». Поговорили о том, как мне выполнить надпись имени на борту. Краску оба отмели сразу. Фёдор попросил меня потерпеть до его следующего приезда, обещал подарок. Этот следующий приезд он думал осуществить, с моего позволения, через неделю, при этом просил разрешения привезти с собой Илью, сына. Я свое позволение выдал. Руки были пожаты. А потом мы разошлись спать. Рано утром Фёдору предстояло ехать домой, на рудник, через ферму Ильи. Видимо Илья хотел услышать отчет Фёдора о нашем с ним примирении. Что касается моего обучения морскому делу, то Фёдор только руками развел. Что он сам знал то и показал. Может какие-то детали и упустил конечно, но это он обещал исправить. А так он оказался очень удивлен той скоростью, с которой я понял принцип управления яхтой. До идеала мне конечно было ой как далеко, но Фёдор оценил мои результаты очень даже положительно. И даже готов был отпустить меня в город, в самостоятельное плавание. Но посоветовал всё-таки дождаться его. А пока походить вблизи маяка, потренироваться. Объясняя ему как так у меня получилось быстро всё понять, мне даже врать не пришлось, просто сослался на то что много читал всякого полезного и не очень.
1 июня.
Накормив утром Фёдора дивным, для него, блюдом под названием «макароны с сыром и хамоном», вручив ему в дорогу полбулки, испеченного мною хлеба и шматок грудинки с полкилограмма весом, мы тепло попрощались обнявшись возле ворот выгона. Зря я на него тогда взъелся, неплохой мужик-то оказался. Просто со своими тараканами, как и все мы.
Побродив по участку, осмотрев место проведения работ по копанию ямы я понял, что серьезно заболел. И вот продолжить копать эту яму прямо сейчас никак не смогу. Поэтому выгнав лошадей в загон и закрыв все двери в доме и маяке, я устремился на причал. Просто острый приступ болезни накатил. Фреда правда пришлось с собой прихватить, а то опять надуется.
Выходить в море немедленно я не собирался. А вот облазить всю яхту был намерен категорически. Даже фонарем нормальным вооружился.
В якорном ящике нашлись инструменты для обслуживания и мелкого ремонта яхты. Два спасательных круга из пробки густо покрытых красной и белой краской. И конечно без названия корабля. В рундуках на рулевой палубе и в кубрике нашлось восемь спасательных жилетов из белой парусины с брусками пробки внутри. За спинкой сидений рундуков у штурвала, в закрытых этими самыми спинками нишах нашлись металлические плоские емкости для воды. Каждая литров по сто, если судить по размерам. Емкости похоже выполнены из меди и покрыты оловом, как внутри, так и снаружи. Ну или серебром. Что вряд ли, но учитывая от кого мне эта яхта досталась, то всё может быть.
Внимательно осмотрел транец. За его поперечной доской обнаружилась небольшая площадка во всю корму, шириной не больше тридцати сантиметров. Из воды можно легко подняться на борт. И еще можно поставить подвесные моторы. Но это уже так себе идея. Если только моторы изготовить прямо тут, в Приморске. Но учитывая развитие местного машиностроения, под моторами которое это машиностроение построит мой кораблик даже вякнуть не успеет как пойдет ко дну. А вот название судна на верхнюю доску транца само просится. Я еще долго бродил по всей яхте поглаживая поверхности и дергая канаты. Влюбился однозначно. Захотелось выйти в море. Только надо хорошенько приготовится. Вода, провизия, дрон, карабин, спиннинг. Посуды опять-таки тут никакой нет вообще. Я конечно никуда далеко идти не собираюсь, но готовым нужно быть ко всему. Коней опять же надо закрыть в сарае. Бедолаги, не повезло им со мной. Яму вот еще бросил копать. Причин не ходить в море полно.
Но. Сегодня же воскресенье! Лето началось! Меня Море зовёт!
Дорогие читатели, на этом вторая книга о приключениях Смотрителя маяка заканчивается, но приключения продолжаются. Прошу вас не забыть поставить лайк, а то и вовсе подписаться. Мне тогда становится легко и приятсвенно на душе ;)