Закрываю глаза, упираюсь лбом в холодную стену и до боли стискиваю зубы. Сдаюсь ему. Теряюсь в пространстве… во времени. Остаётся только эта сладкая, медленная пытка, что волна за волной накрывает меня тяжёлым, густым удовольствием.
Оргазм приходит иначе. Странно. Непривычно. Не взрывом, а разливающейся огненной волной. Весь мой организм настроен только на Акима. И на то, что он делает со мной. И не знаю, как это возможно, но я отчётливо вижу себя со стороны: прогнутая, прижатая к стене, его член – во мне. И от вида этой картинки меня накрывает так сильно, что я теряю над собой остатки контроля.
Лоб ударяется о стену. Раз. Два. Три раза.
И даже не сразу понимаю, что сама бьюсь лбом о холодный бетон, пытаясь вытрясти из себя это безумие. Но оно только усиливается. Из горла вырывается нечеловеческий, хриплый крик. Тело сводит судорогами, стенки лона сильно сжимаются вокруг него пульсируя.
Ким ненадолго замирает, давая мне почувствовать каждый спазм, каждый электрический разряд, прошивающий тело… А потом начинает вколачиваться в меня с бешеной скоростью. Жёстко. Безжалостно. Держит меня за талию, потому что сама стоять я уже не в силах.
Теперь я знаю, как выглядит космос.
Не понимаю, где заканчивается один оргазм и начинается другой… новый. А может, это всё тот же... первый? Просто Ким не даёт ему шанса уйти. Не понимаю... Ничего уже не понимаю. Голова снова падает вперёд, и я в очередной раз ударяюсь лбом о стену. И выдаю звуки, похожие на шипение змеи.
Последним толчком он выбивает из моих лёгких остатки воздуха и кончает. Горячо, глубоко внутри меня.
Не знаю, как долго мы стоим в одном положении, но кажется, что вечность. Мокрые. Тяжело дышим. Периодически вздрагиваем от отголосков оргазма.
Возвращаюсь в реальность, когда Ким оставляет на моей спине, плечах и шее несколько тёплых и нежных поцелуев.
– Никогда больше так не делай… Поняла меня?
Киваю, не в силах говорить.
Открываю глаза ещё до будильника. Я даже не помню, как вчера добралась до кровати, кажется, что после нашего срыва, просто провалилась в сон. Прям там… у стены.
Поворачиваюсь. Ким уже не спит. Лежит, смотрит на меня, улыбается.
– Готова выйти в универ после каникул?
– Не хочется, – морщусь, как от вкуса кислого лимона. А потом тянусь к нему, сама целую. – Доброе утро.
– Доброе, Зай, – сразу притягивает к себе.
Я всем видом показываю, что с радостью осталась бы дома, в кровати… с ним. Но да. Ехать всё равно надо. Только поэтому отдираю себя от подушки, с трудом, встаю и плетусь в ванную комнату. Ким, хвостом увязывается за мной. В итоге душ мы принимаем куда дольше, чем могли бы, если бы делали это порознь. Но на удивление в универ мы приезжаем вовремя.
Перед аудиторией останавливаюсь. Стою, сжимаю и разжимаю пальцы в кулаки, словно к бою готовлюсь. Сама не понимаю почему так.
Потому что ты тут белая ворона, Иль.
Потому что ты тут чужая.
Чёрт…
Зажмуриваюсь, тяну носом воздух и медленно выдыхаю через рот.
Вхожу в аудиторию, глядя чётко перед собой. Проходя между рядов, лишь мажу по одногруппникам безразличным взглядом и тихо здороваюсь. Просто потому, что так “надо”. Дежурная вежливость, не более. Но тут моё внимание цепляется за руки. Точнее, за пальцы, заклеенные пластырем. Поднимаю глаза, натыкаюсь на Алису. Она тоже смотрит на меня и, вздрогнув, быстро прячет руки под парту.
– Че пялишься? – бурчит с оттенком ненависти в голосе. – Проходи мимо.
Всё верно. Я должна пройти. Но почему-то останавливаюсь. И вдруг её словно в другой режим переключает.
Алиса поднимает на меня взгляд и нервно выпаливает:
– Ильма… я… я не то хотела сказать… Прости.
Внутри всё каменеет от жуткого осознания.
Этот страх… что так и сквозит от неё. Нервозность и глупое извинение.