Но одновременно что-то другое рвалось наружу – ярость такой силы, что огонь под кожей вспыхнул болезненными искрами. Как они смеют? Как смеют прикасаться к нему своими грязными лапами?
Безумие. Полное безумие. Он предал меня, растоптал, выбросил, как надоевшую игрушку. А я всё ещё…
– Это он? – Миера тихо спросила, и в её голосе прозвучало понимание. – Тот самый дроу, который разбил тебе сердце?
Я не могла ответить. Слова застряли в горле, острые, как осколки стекла.
– Сильнейший маг льда в северных землях, – наконец выдавила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Именно то, что нам нужно. Если, конечно, я смогу забыть о своих… личных счётах.
Личных счётах. Какая деликатная формулировка для разбитого сердца и растоптанной души.
Имис нахмурился, глядя на Вериана с нескрываемой враждебностью. Он знал всю историю – во дворце сплетни расползаются быстрее чумы, и моё бегство из северных земель не осталось незамеченным.
Я резко откинула капюшон. Пусть видит. Пусть знает, что судьба решила устроить нам встречу в самом унизительном для него месте. Пусть поймёт, что боги смеются над нами обоими.
Вериан поднял голову – и мир снова остановился.
Его глаза расширились, губы приоткрылись, и на лице отразился такой шок, будто он увидел воскресшего мертвеца. А потом – надежда. Живая, отчаянная, такая искренняя, что у меня перехватило дыхание и закололо в груди.
Нет. Он не имеет права. Не имеет права смотреть на меня так, словно я – его спасение. Не после того, что сделал.
– Сколько? – спросила я торговца, не отводя взгляда от Вериана.
Голос прозвучал ровно, холодно. Хорошо. Пусть думает, что я равнодушна. Пусть не знает, что внутри бушует пожар, способный спалить полмира.
Торговец – низкорослый тип с хитрыми глазками и жадной улыбкой – оживился:
– Пятьсот золотых, благородная госпожа! Редчайший товар – маг льда из дроу! Антимагический ошейник в подарок, конечно.
– Подождите.
Ноги сами понесли меня к помосту. Я поднялась по ступенькам, чувствуя, как каждый шаг отдаётся в сердце болезненным ударом. Вериан возвышался надо мной, и я вдруг остро вспомнила, каким высоким он был. Как я помещалась в его объятиях, как моя голова идеально ложилась ему на грудь.
Как он держал меня, когда мне снились кошмары. Как шептал, что никогда не отпустит.
Лжец.
Я заставила себя поднять подбородок и встретиться с ним взглядом.
– Узнаёшь меня?
Молчание. Потом – хриплый шёпот, словно он забыл, как пользоваться голосом:
– Айвиэль.
Моё полное имя. Он произнёс его так, будто это была молитва. Будто я была единственным светом в его тьме. Будто между нами не было трёх лет боли и предательства.
Внутри что-то дрогнуло, предательски откликнулось на эту нежность. Нет. Я не позволю. Не после всего.
Я улыбнулась. Медленно, холодно, с такой ядовитой сладостью, что даже сама себе показалась чужой.
– Хочешь, чтобы я купила тебя… высокородный?
Последнее слово прозвучало как пощёчина. Вериан вздрогнул, будто я ударила его наотмашь.
Он сделал шаг вперёд, цепи звякнули. Я отступила, сохраняя дистанцию. Близость опасна. Близость разрушит всё, что я так тщательно строила эти три года.
– Айвиэль, я… – голос сорвался. – Ты можешь?