Впрочем, сейчас её использовать или изучать было не то время и место, потому я просто переправил её в свой [ Инвентарь].
— Хорошо, с этим разобрались. Теперь касательно второго момента.
— Насколько я знаю, вас интересуют магические кристаллы. Мы можем предложить вам двадцать тонн первоклассных камней, — то есть целый грузовик. Но раз он так быстро предлагает…
— За такой объём я просто не буду присоединяться к Джин-Ву, когда он пойдёт выяснять с вами отношения. Сто тонн.
— Х-хорошо, — он был не сильно рад, но и не хватался за голову, выдирая волосы. Хотя… это пять камазов камней. Для одиночки — дофига, но уже в рамках мощной гильдии — не так чтобы неподъёмно, что уж говорить про крупную страну с сильнейшей Гильдией Охотников «на борту»? Помнится, в манхве японцы Юрию Орлову, нынешнему сильнейшему S-рангу России, чуть ли не полгорода этими кристаллами засыпали, когда наняли его танковать Врата S-ранга.
На этом мы с Майклом Корнером разошлись, не сильно довольные друг другом, но всё же. Мне предстояло навестить семейство Сон и поведать об услышанном, а потом, если потребуется, притормозить Великого Нагибатора от поспешных действий. Что там случилось с его отцом по манхве, я толком не знал. Да, он каким-то образом смог вернуться из Врат, да, он был крутым настолько, что отмудохал Хван Дон-Су и даже быковал на Монархов, которых я так и не дождался на острове Чеджу, но что там с ним было дальше, я так и не узнал. Ну или не помнил, что узнал. В любом случае стоит быть осторожнее. Что же, надеюсь, товарищ Джин-Ву сейчас свободен и готов принимать гостей на не самые приятные разговоры. Ну а пока иду, можно и руну освоить…
— Ну твою ма-а-а… — только и успел я начать крик души после прочтения сообщений, а таймер уже отсчитывал «2… 1…»
Вспышка.
— … ть, — закончил я, очутившись в заснеженной пустыне, обрамлённой чёрными скалами далёких гор.
Порыв ледяного ветра, странным образом продирающий до костей даже с учётом всех сопротивлений и устойчивостей, окатил лицо крупицами снега, но больше я не чувствовал никакой угрозы. «Тренировочное Подземелье», так внезапно предъявившее права на мою тушку, было абсолютно пустым на источники маны. Никаких противников, никакой угрозы, только снег под ногами, тяжёлые свинцовые тучи над головой и порывы ветра.
— И чего мне делать? — без участия сознания уже призвав в руки меч, оглядываюсь по сторонам. — Явитесь!
Раз уж Система не наложила никаких ограничений на призыв свиты, то и я не видел смысла изображать героя-одиночку, вот только…
— Оке-е-ей… Это становится всё страньше и страньше… А ещё подозрительнее, — пробормотал я, не зная, что и думать.
Однако делать было нечего — ветерок продирал, несмотря на пальто и все доспехи, пусть невидимые, но на самом деле надетые. Стоять на одном месте и замерзать в таких обстоятельствах было не лучшей идеей. Так что, оглядевшись ещё раз, я прикинул направление с наименьшими сугробами и двинулся вперёд.
Решение было верным — холод будто ослаб, а ветер хоть и оставался всё ещё свеж, но уже не морозил кости. Проблема была в том, что пейзаж вокруг был совершенно однородным, а за скалами бушевал буран, явно ограничивая «игровую зону». Таким образом, двигаться к горам не имело смысла, но куда двигаться на равнине между ними?
Ответ робко пробился в ощущения минут через пятнадцать моего похода сквозь снег и ледяной ветер. По крайней мере, я ощутил слабый огонёк маны где-то там — далеко во льдах. Это и стало ориентиром.
По непонятной причине на местном снегу невозможно было бегать. Пока идёшь размеренно, он держал, лишь немного проминаясь под ступнями, но стоило ускориться, — даже очень сильно, так, что, по идее, даже по воде бежать можно, — и ноги проваливались до пояса. Это ломало законы физики и здравый смысл, но вокруг будто сам мир был против беготни. И потому приходилось шагать. Медленно и печально. Никакой трусцы, никакой спешки. Только шаг. Ровный, размашистый, но не более. А ещё повсюду снег и темнота, темнота и снег. Но вот потом…
Я не знал, сколько прошло часов, но огонёк голубой маны приближался, и наконец я достиг его источника. Вернее, точки ледника, что лежала ровно над ним.
Уже что-то подозревая, я нагнулся и смахнул верхний слой снега, обнаружив под ним прозрачную синеву голубого льда. Голубого от света, укрытого где-то там — в глубине.
— Только не говори, что у тебя произошла подгрузка следующего аддона, и сейчас с противоположной стороны выйдет Артас со своими немёртвыми друзьями… — попросил я свой «телетекст в голове».
Тот, как и обычно, ответом меня не удостоил. Впрочем, никаких Артасов ниоткуда тоже не появлялось, зато вот огонёк маны внизу… он начал двигаться. И расти. Лихо расти!
Ещё несколько секунд назад я дал бы ему не больше В-рангового Охотника, но за эти секунды он разросся в настоящий океан силы, каким не обладали ни Король Демонов Баран, ни Бер, Король наш Муравьёв, даже у Сон Джин-Ву было меньше на момент нашей последней встречи.
И он поднимался.
Поднимался ко мне.
Оглушительный, «многоголосый» треск прокатился по безмолвному до того леднику, грозовой рокот в одночасье перемалывающихся в крошево льдин и низкий, утробный рык предвестили взрыв, подбросивший на десятки метров многие тонны льда.
Я успел отпрыгнуть, избежать провала вниз и дождя обломков, шрапнелью прокатившихся по округе, но все эти угрозы были меньшей из моих проблем, ибо на поверхность вылезала… Смерть.
Исполинский, будто сотканный из самой магии дракон, что был не просто телом, не монстром, перекачанным мощью, он был концептуальным концом всего, воплощением гибели, инструментом небытия, способным вытянуть и испить саму сущность, распылить естество, размолоть душу… Передо мной был Король Драконов, Палач Бездны и…
Осознание прострелило уже изготовившееся принимать последний бой тело, словно пронзившая позвоночник от темечка до копчика раскалённая спица.
Повелитель Душ.
Уже напитанный маной меч опустился к земле, а я вгляделся в глазницы исполинского ящера.