— Я верну книги на нужные полки и поговорю с мастерами Годриком и Эмброузом. Я вернусь, когда у нас будет больше информации. — Горгулья склонил голову и зашаркал прочь.
Оставшись наедине с Уайеттом, я полностью прижалась к нему, позволив ему поддерживать меня. Я так замерзла, что хотела раствориться в нем. По моим вена словно струился лед.
Жесткие волоски на подбородке Уайетта щекотали мне макушку.
— У тебя такая холодная кожа. — Он погладил мои руки, пытаясь согреть.
Я вздрогнула.
— Я в порядке, просто замёрзла.
Его ноздри раздулись.
— Ты не в порядке, Эйвери. Ты…
Дверь с грохотом распахнулась, и в мгновение ока Николас оказался рядом с нами, держа на руках Хану. Старая ведьма ахнула от резкой остановки.
— Прошу прощения, — пробормотал Николас, прежде чем осторожно поставить её на ноги.
Она оперлась о стол рукой, чтобы не упасть. Затем на цыпочках подошла к нам и положила руку мне на лоб.
Она нахмурилась.
— Твоя кожа, как лёд, а магия… — Она склонила голову набок. — Она усиливается.
— Что? — рявкнул Уайетт. — Я думал, эта комната поможет.
Молочно-белые невидящие глаза Ханы смотрели куда-то поверх его головы.
— Боюсь, что даже силы этих комнат недостаточно, чтобы остановить пробудившуюся в ней магию. Её сила слишком велика. Она не из этого мира.
Я открыла рот, в голове у меня пронеслась строчка из эльфийского текста.
«Наше правление положит начало восхождению древнего».
Меня снова передернуло.
— Есть ли у вас какое-нибудь горячее питье? Или тёплые одеяла? — Уайетт ещё раз провёл руками по моему телу, но я снова вздрогнула.
Недовольно ворча, он стянул с себя рубашку. Под ней была только футболка, но холод волку не страшен.
Уайетт накинул на меня свою нагретую рубашку, и я просунула руки в рукава. Я на мгновение отвлеклась, блаженно вздыхая его запах.
— Это поможет на какое-то время, — сказала Хана. — Но так она не согреется.
— Тогда, чёрт возьми, где мне взять…
Но прежде чем Уайетт успел договорить, Николас исчез и вернулся с подносом в руках. На подносе стояла чашка с дымящимся чаем, а рядом — маленький чайник.
— Он зачарован так, чтобы постоянно оставаться горячим. — Вампир поставил поднос на стол.
Хана фыркнула.
— Ах да, это поможет. Пей, девочка. — Она взяла изящную чашку с блюдцем и подняла их, фарфор зазвенел в её дрожащей руке.
Я взяла у неё чашку, но поставила маленькое блюдце обратно на поднос и обхватила чашку обеими руками. И вздохнула от ощущения тепла в руках.
Николас наблюдал за мной, пока я пила, но то и дело поглядывал на часы.