— У меня есть три дня, чтобы найти работу и выкупить свою свободу. Или Дэмиан считает, что у меня ничего не получится?
Спрашиваю осторожно, потому что момент скользкий и Эмма может замкнуться и не сказать мне важную для меня информацию.
Подруга хлопает ресницами, а потом жестом приказывает кухарке уйти. Когда кухня принадлежит только нам, — она понижает голос.
— Эви, он не допустит этого. После того как в его руки перешло твоё наследство, он стал одним из самых богатых драконов столицы. А золото способно заткнуть всем рты.
Да почему он так отчаянно хочет меня держать при себе? Что-то здесь нечисто. Логично было бы просто отослать меня куда подальше из столицы с глаз долой и женится на той, которая милее или богаче.
Однако мне стало понятно, что в столице нет смысла тратить время на поиск работы. Я только потеряю время.
— Спасибо, Эмма за суп и добрые слова.
Благодарю подругу, отставив пустую тарелку с супом.
— Боги. Милая, где ты ночуешь?
Сочувственно накрывает своей ладонью мою, но я, конечно, не выдам лорда Деверо.
Не хватает, чтобы у него появились проблемы из-за меня.
— Не переживай за меня, Эмма. В мире много добрых людей. Спасибо за суп и добрые слова.
Встаю со стула и надеваю плащ. Нечего здесь больше находиться. А то мало ли столкнусь с Альбертом, и тогда проблемы могут быть у Эммы.
Подруга провожает меня до двери и напоследок суёт мне в ладонь два золотых.
— Не надо, Эмма, — отнекиваюсь.
— Бери-бери. У меня нет свободных денег, сама понимаешь, муж решает всё, но я сегодня покупала Катарине куклу, и мне дали сдачу, прости, что больше не могу.
Качаю головой. Этот мир ещё более отсталый, чем я успела подумать.
Эмма суёт мне золотые в карман и напоследок обнимает меня.
Оказавшись на свежем воздухе, я запахиваю полы плаща. Фонари тускло освещают улицу, а по ногам клубится туман, потому что рядом река. Как в лучших ужастиках из моего мира, но что поделать, нужно идти ночевать, не оставаться же здесь.
На душе гадко. Впервые за те два дня, что я нахожусь в этом мире, падаю духом. Мой план поиска работы в столице провалился с треском.
Поднимаю глаза к небу и прошу горячей молитвой помощи. Больше мне не к кому обратиться.
Небо не молчит, а начинает моросить противным дождём. Вот тебе и ответ. Терпи Эля, твои мучения только начинаются.
Накидываю капюшон и быстрым шагом удаляюсь от дома Эммы.
При свете дня я ещё хоть как-то ориентируюсь в узких улочках, но в темноте будто чувствую пристальные взгляды в спину и сбиваюсь.
Вместо центральной площади оказываюсь на набережной. Благо здесь оживлённо: по мощённой камнем улице едут кареты, запряжённые лошадьми, люди спешат по домам.
Засмотревшись, не замечаю, как налетаю на старичка с тележкой в руках.
— Ой, простите. Я… я…
— Балда, ты малахольная. Ну, помоги, вишь, рассыпалось!
Тут же огревают меня крепкими словцами. Смотрю на пожилого господина и тут же наклоняюсь, чтобы собрать рассыпанные клубни.
— Ну вот, вываляла продукты в грязи. Как я теперь из этого господину приготовлю, — ворчит старик.