Матрена задумалась, вздохнула:
— Нет.
— Так что проблема с повестки дня снята.
— А матушка Сергея Николаевича?
— Свекровь? Учитывая, что она удачно пристроила ко мне своего сыночка, не думаю, что у нее вообще есть право голоса. Так что продолжаем работать. Тебе надо будет организовать доставку мебели к тому моменту, как рабочие закончат косметический ремонт. Не забудь — в умывальных перед туалетами должны быть небольшие плетеные корзины с чистыми полотенцами, и более широкие под раковиной для использованных. И жидкое мыло в дозаторах.
— Я никогда не видела жидкого мыла, — призналась Матрена.
— Сами сделаем. Натрешь на терке душистое туалетное, зальешь теплой водой, размешаешь, дашь постоять и все готово. Потом покажу как это делается и в каких пропорциях. Очень удобная штука. В качестве дозатора используем небольшой умывальник со штырьком посередине, должно сработать.
На кухню вошел новый привратник Захар.
— Ваше сиятельство, к вам господин Уваров.
— Проводи его в мой кабинет, — распорядилась я, забирая недопитую чашку с кофе. — Настя, идем со мной, пожалуйста. Узнаешь, что желает господин Уваров — чай или кофе.
Прислуга начала постепенно привыкать к таким словам как «спасибо» и «пожалуйста», больше не пугалась и не таращилась на меня как на больную.
— Анна Ильинична, — переступил порог бывшего будуара Уваров. — А вы ранняя пташка. Боялся вас разбудить, а вы уже вся в делах.
— Время не ждет, — указала я ему на кресло у стола. — Располагайтесь. Чай, кофе? Настя сейчас подаст.
— Кофе, пожалуйста, — попросил Уваров.
— С перцем? — на всякий случай уточнила Настя.
Уваров перевел на меня удивленный взгляд.
— Попробуйте, думаю вам понравится. Это мое нововведение. А нет, так угостим обычным.
— Давайте с перцем.
Настя ушла, а Уваров достал из кожаной папки, которую держал в руках несколько листов, исписанных ровным каллиграфическим почерком.
— Итак, это мои соображения, — начал он, заглядывая в листы. — Все очень запутано. Уверен, что покушался на вас не маньяк-подражатель Жози, и уж тем более не она, а кто-то из домашних. Не мог посторонний беспрепятственно проникнуть трижды на третий этаж — в парадном подъезде привратник, чтобы попасть на черную лестницу, надо войти в ворота. Их отпирает ваш дворник, он бы заметил постороннего. Через ограду заднего двора незаметно перелезть невозможно.
— Согласна, — кивнула я. — Тоже так подумала. И выделила трех главных подозреваемых — Сержа, Шарлотту и Шарабандина. Последний под вопросом. Он меня, конечно, обкрадывал. Но смысл убивать?
— Вы правы. Я бы на него не поставил. Нет, тут кто-то из более близкого круга. И, возможно, у него есть сообщник. Если это ваш муж, то при последнем покушении его в доме не было. Если мадемуазель Карденье, то она отсутствовала во втором случае. Ударить по голове вас вполне могла и женщина. Вы упали спиной к двери. Кто-то тихо вошел, оглушил, попытался задушить. И по ошибке использовал не тот чулок — шелковый, не фильдеперсовый. Он был уверен, что в соседних комнатах никого нет. Горничная пришла неожиданно и спугнула преступника. Вот только он никак не мог испариться из помещения — до двери в спальню он добраться не успел бы. Так как же он выбрался?
— Или она, — напомнила я.
— Или она, — кивнул Уваров.
Настя принесла свежезаваренный кофе, подала Кириллу Дмитриевичу, поставила перед ним крошечную вазочку с миндальными сухариками.
— Попробуйте, — пододвинула и вазочку к Уварову. — Тоже по миому рецепту. Хочу узнать ваше мнение.
— Вы удивительная женщина, — покачал головой Кирилл Дмитриевич. — Смелая, не теряете самообладания. Не каждая дама рискнула бы пойти к Оглоблину.
— А что в этом такого? — удивилась я. — Он же тоже врач, и отличный специалист в своей области.
— Предрассудки очень живучи, — пожал плечами Уваров.
— Видимо, причина в том, что я ненастоящая графиня, — рассмеялась в ответ.