Премьер-министр долго и внимательно смотрел на меня.
– Мы вернемся к этому вопросу позже. А пока…
Он встал и, пройдя через весь кабинет, подошел к секретеру и взял большой конверт, лежавший сверху.
– Что вы знаете о лорде Байроне?
О лорде Байроне я знала слишком много, чтобы честно поделиться своими знаниями вслух в этих стенах. Благодаря супруге премьер-министра, которая принимала в жизни поэта весьма пикантное участие, весь Лондон только и говорил о лорде Байроне и леди Мельбурн.
Впрочем, я грешу против истины. Инцестуозные отношения служителя муз и его сводной сестры Августы, разумеется, стали намного более громким скандалом. Но ведь к раздуванию этого скандала леди Мельбурн приложила все усилия, так что всеобщее возмущение высокоморальных лондонцев, вспыхнувшее спичкой в одночасье, вне всякого сомнения, ее заслуга.
Что же, кроме молчания, оставалось мне в кабинете оскорбленного мужа, чья супруга, вероятно, позабыла клятвы и долг?
– Это поэт, сэр, – лаконично высказалась я и, подумав, добавила: – Мое сердце равнодушно к поэзии, какой бы хорошей она ни была, и нетерпимо, если поэзия дурная.
– Я знал, что вы ответите подобным образом, – сказал лорд Мельбурн. – Но я, как и вы, мало взволнован поэзией. Меня интересует фигура.
– В таком случае, сэр, я бы предпочла выслушать вас, прежде чем говорить.
Он сел за стол и некоторое время молчал. Не барабанил пальцами по столешнице, не крутил в руках перо, не кусал губы. Молчал, как будто стал восковой куклой. Как будто из него ушла жизнь. На короткое мгновение премьер-министр показался мне похожим на моего дядю, мистера Рида, такого, каким я видела его в последний раз. То есть на призрак.
Это случилось несколько недель назад. Тогда я вернулась в снятую на ночь комнату, как всегда, перед рассветом. На цыпочках прошла мимо спящей экономки, неслышно провернула ключ в замке, открыла дверь в темноту комнаты и увидела его. Он стоял прямо напротив окна, подсвечиваемый тусклой луной, и без того слабый свет которой рассеивал туман. Сам дядя тоже был будто вылепленный из тумана.
За эти годы я научилась не кричать, когда он приходил. Мое сердце пропустило два удара, я молча повернулась и заперла дверь. Я знала, что он не уйдет.
– Здравствуйте, мистер Рид, – выдохнула я, разворачиваясь к нему лицом. – Ах, знали бы вы, дядя, как я устала.
– Дитя, – сказал призрак, и я почувствовала холод, пробирающий меня до костей.
– Да, дядя?
– Я с тобой, ты не одна.
– Благодарю вас.
Я устала играть в эту игру. Да, обреченной на одиночество, мне всегда не хватало поддержки. Но поддержка призрака…
– Ты станешь богатой. Скоро ты станешь богатой! – предрек он и исчез.
Это определенно не про меня. Богатству неоткуда было бы свалиться на мою голову. Быть может, призрак перепутал меня со своими дочерьми, Элизой и Джорджианой Рид. Они, безусловно, имели все шансы устроить свою судьбу наилучшим образом. Может ли призрак явиться человеку по ошибке? Бесплотный дух, не знающий покоя, влекомый страстями человеческими и божественной силой навстречу живым… Но почему душа мистера Рида не упокоена? Что стоит на его пути в загробный мир?
– Моя супруга тяжело больна, как всем известно, – сказал наконец лорд Мельбурн.
Что ж, если сильные любовные чувства можно назвать болезнью, а это несомненно так, то я готова была согласиться с тем, что леди Мельбурн нездорова, хоть и не имела удовольствия видеть ее лично. Поэтому я коротко кивнула, выразив свое понимание.
– Джордж Байрон стал виновником ее болезни. Я отослал супругу в Шотландию в надежде, что ее здоровье поправится.
– Мудрое решение, сэр.
– Мудрое, да, – проговорил он, разглядывая карту на столе. – Однако оно ни к чему не привело. Леди Мельбурн и оттуда продолжает отправлять письма этому… поэту, не стесняясь и не таясь. Ситуация приняла такой оборот, что уже моя супруга выглядит мучителем, а он – несчастной жертвой. Вы понимаете меня, мисс Эйр?
– Я понимаю ваше затруднительное положение, сэр, – сказала я, подумав, – однако мне непонятно, что из этого следует и как я могу быть вам полезна.
– Из этого следует мое подозрение, что он нанес ей непоправимую рану, заставив выть по ночам и рвать постель.
– Вы хотите сказать, сэр, что лорд Байрон… оборотень, обративший вашу супругу?
– Я хочу сказать лишь то, что сказал. Никто не видел, чтобы она превращалась в зверя. Но я должен знать…