Дирижабль «Баал-Шамим» («Повелитель Небес») был воплощением дерзкой мечты, материализованной гением Адара и знаниями Ганнибала. Его оболочка, длиной пятьдесят метров, была сшита из тысяч квадратных локтей прочнейшей китайской шелковой ткани (доставленной по Великому Шелковому пути через вассальные территории Парфии), пропитанной многослойным лаком на основе каучука и смол. Внутри – гигантский баллонет, заполненный водородом.
Водород. Ганнибал вспомнил простейшую реакцию: пар, пропущенный над раскаленным железом. В примитивных глиняных ретортах, под наблюдением Петосирия и Адонирама, они наладили его добычу в достаточных количествах. Опасность? Да, газ был легче воздуха и взрывоопасен. Но шелк был прочен, а команда прошла суровый отбор и обучение.
Под оболочкой висела не плетеная корзина, а настоящая гондола из легкого, но прочного бамбука и кожи, напоминающая удлиненную лодку. В ней могли разместиться пять человек: командир, пилот, штурман-наблюдатель и два стрелка-бомбардира. В носовой части был установлен усовершенствованный двигатель Адара – теперь двухцилиндровый, работавший на том же «бензине». Он вращал два деревянных пропеллера, толкающих судно вперед. Максимальная скорость – возможно, чуть быстрее скачущей галопом лошади. Но для разведки и бомбардировки с воздуха – это была невероятная сила.
– Сир, все готово к первому свободному полету, – Адар, в кожаном шлеме и очках со слюдой, защищающих глаза от ветра, отдавал честь. Его команда, одетая в одинаковые темно-синие комбинезоны, замерла в ожидании.
– Покажите, на что он способен, – сказал Ганнибал, поднимаясь на специальную смотровую вышку.
Раздалась команда. Механики отпустили удерживающие канаты. «Баал-Шамим», мягко покачиваясь, оторвался от земли. Тихий возглас восторга пронесся среди наблюдателей. Гондола оторвалась от помоста. Мотор чихнул, из выхлопной трубы повалил дым, и затем затарахтел ровнее. Пропеллеры завертелись. Дирижабль, медленно и величаво, как левиафан, пробуждающийся от сна, начал движение вперед, набирая высоту.
Он плыл над оазисом, его тень скользила по пальмовым рощам и зеркалам оросительных прудов. С высоты в сто, затем в двести локтей открывалась потрясающая картина. Ганнибал, глядя в подзорную трубу, видел, как Адар в гондоле что-то кричит штурману, как стрелки тренируются наводить простейший визир на цели, размеченные на земле белыми полотнищами.
Полет длился около часа. Дирижабль описал широкий круг, продемонстрировал возможность маневрирования, подъема и снижения, и затем, извергнув часть водорода через клапан, плавно опустился на место старта. Аппарат приземлился мягко, его тут же привязали десятки канатов.
Сойдя по трапу, Адар был бледен от напряжения, но счастлив.
– Сир! Все системы работают! Управляемость удовлетворительная! Запас топлива позволяет находиться в воздухе до пяти часов! Мы можем нести до пятисот килограммов полезного груза!
– Бомбовую нагрузку, – уточнил Ганнибал.
– Да, сир. Мы уже отлили первые образцы бомб. Корпуса из тонкого чугуна, наполнение – «Плоть Баала» с детонаторами «Искра Баала». Прицеливание примитивное, сброс вручную. Но с нашей высоты и неподвижности цели…
– Этого достаточно, – Ганнибал обвел взглядом дирижабль. Он был великолепен. И страшен. Первый в мире стратегический бомбардировщик, появившийся за две тысячи лет до срока. – Готов ли экипаж к боевому заданию?
Адар замер. В его глазах промелькнула тень.
– Мы… готовы исполнить приказ, сир.
– Хорошо. Ждите распоряжений. И начните работу над вторым экземпляром. Больше, прочнее, с двумя моторами.
Часть 3. Нефтяной флот.
Известия с верфей Сицилии были столь же обнадеживающими. Гасдрубал, получив от брата схему распылительной форсунки и принцип циклонной топки, совершил невозможное. За два месяца он вместе с лучшими механиками и алхимиками (включая привлеченного к проекту Гелона) переоборудовал пароход «Баал-Шамаш».
Принцип был прост, но гениален: тяжелая нефть подогревалась в котле, превращаясь в вязкую жидкость, затем мощным поршневым насосом (привод от вспомогательной паровой машины) подавалась под давлением в систему медных трубок и распылялась через тонкие сопла в камеру сгорания, куда нагнетался воздух. Получался факел невероятной температуры. КПД котла вырос в полтора раза. Исчезла необходимость в армии кочегаров, таскающих уголь. Запас хода увеличился втрое при том же объеме хранилищ.
На испытаниях «Баал-Шамаш», оставляя за собой характерный черный дым, легко обогнал самый быстрый угольный пароход и нагнал быструю греческую триеру под парусами. Но главным было не это. Гасдрубал продемонстрировал применение «Дыхания Харибды» – паровой катапульты, метавшей капсулы с «Огнем Баала» – на ходу. Корабль мог теперь с безопасного расстояния выстреливать струей жидкого огня, превращая вражеское судно в пылающий костер.
– Брат, – докладывал Гасдрубал, уже в Александрии, разложив перед Ганнибалом чертежи, – это меняет все. Мы можем послать эскадру в Индийский океан, не опасаясь за снабжение углем. На нефть можно перевести не только военные корабли, но и грузовые. Скорость доставки войск и грузов увеличится в разы.
– Сколько нужно, чтобы переоборудовать весь флот?
– При максимальном усилии верфей – год. Но я предлагаю начать с ударной группы: десять «Харибд» и двадцать быстроходных крейсеров нового типа, которые мы уже заложили – «Фениксы». Они будут меньше, но быстрее и маневреннее, нести по две «гром-трубки» на борту.
– Утверждаю. Ресурсы – без ограничений. Привлекай всех, кто нужен. Но секретность.
– Я понимаю. Уже произошел один инцидент – пытались подкупить одного из механиков. Он доложил. Мы… ликвидировали соблазнителя и его подосланных людей. Механик повышен в жалованье и переведен на закрытый объект.
– Правильно, – кивнул Ганнибал. Система контроля работала. Но утечка, приведшая к появлению «двойника», все же произошла. Нужно было закрывать и эту брешь.
Часть 4. Координаты тени.
Доказательства против виновного в смерти отца собирались методично, как мозаика. Мато, ставший не только телохранителем, но и главой императорской тайной службы, доложил:
– Человек с полумесяцем на левой руке – Гискон, сын Ганнона. Карфагенский аристократ, бывший морской командир. После падения своей партии он присягнул вашему отцу, затем вам. Был назначен наместником Лилибея в Сицилии за показную лояльность. Сицилийский акцент он приобрел за годы службы там. Следы: мы нашли посредника, через которого он заказывал яд у египетского алхимика из круга Петосирия (алхимик уже «утилизирован»). Мотив: месть за падение своего дома и… амбиции. Он считал, что после смерти сильного Гамилькара и при вашей увлеченности техникой реальная власть в Карфагене перейдет к старой аристократии, а он станет ее лидером.
– Где он сейчас?