Ганнибал Барка. Гений Карфагена. Том 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Эта точка должна была быть стерта. Но прежде чем стереть, нужно было разглядеть. Он написал короткое, шифрованное послание Калликрату: «Найти двойника. Координаты: север. Метод: любой. Цель: полная информация, затем ликвидация. Приоритет: максимальный.»

Затем он написал второе послание, Адару: «Ускорить работы. Мне нужен разведывательный дирижабль. Не для красоты. Для войны.»

И третье – главному алхимику Адонираму: «Подготовить три заряда «Вулкана» для полевых испытаний. Место: безлюдная пустыня к западу от Фив. Жду предложений по доставке и применению на неровной местности.»

Он складывал свитки, когда в дверь постучали. Вошел Мато.

– Сир. Проверка по делу… твоего отца. Нашел одного. Лекаря-грека, который лечил царя в последние дни. Он бежал в Киренаику, но наши люди нашли его. Он готов говорить. Но просит гарантий неприкосновенности.

– Привезите его. Тайно. Я поговорю с ним сам. Гарантий он получит. Но только если его слова будут стоить того.

После ухода Мато Ганнибал подошел к окну. Ночь опустилась на Александрию. Вдали, на месте будущего канала, мерцали огни тысяч факелов – работы не прекращались ни на миг. Где-то там Адар грезил о небе. Где-то в порту Гасдрубал ломал голову над нефтяными форсунками. А где-то в лесах за Альпами росло чудовище, порожденное его собственным успехом.

Он чувствовал, как сгущается тьма вокруг его империи света. Но он не боялся темноты. Он боялся только одного – что свет, который он нес, может ослепить его самого, не дав разглядеть врага, подкрадывающегося из тени. Или того, кто уже стоит рядом, прикрываясь маской преданности.

«Тень двойника»… Жрец говорил не только о северном варваре. Он говорил о двойственности самой власти. О том, что каждый творец неизбежно порождает своего разрушителя. Ганнибал сжал руку на рукояти кинжала – современной стали, выплавленной по его чертежам. Он был творцом. И если для сохрения своего творения нужно было стать разрушителем, он им станет. Без колебаний.

Внизу, в городе, пробили ночные часы. Начинался новый день. День, в котором предстояло строить, изобретать, интриговать и готовиться к войне на два фронта: против варварства будущего и против варварства прошлого, воплощенного в его же искаженном отражении.

Империя Феникса расправляла крылья. И следующее пламя, которое она изрыгнет, должно было опалить не только врагов, но и сомнения в сердце самого императора. Путь был один – через огонь.

Глава 4 Факел в ночи и рождение «Небесного Левиафана»

Прошло два месяца. Хамсин отступил, уступив место привычной, сухой жаре египетского лета. За это время мир Империи Феникса совершил два гигантских скачка: один – в небо, другой – в темные глубины человеческого предательства.

Часть 1. Призрак в доспехах.

Лекарь-грек по имени Филотерм оказался тщедушным, запуганным человеком с вечно бегающими глазами. Его доставили в Александрию под покровом ночи и поместили в одну из подземных камер дворца, некогда служивших Птолемеям винным погребом. Когда туда спустился Ганнибал в сопровождении безмолвного Мато, грек упал на колени, залепетал о пощаде и клятвах в вечной верности.

– Встань, – холодно произнес Ганнибал, садясь на принесенный стул. – Ты лечил моего отца, Гамилькара Барку, в последние дни его жизни.

– Да, великий император! Я делал все, что мог! Я…

– Он умер от яда. Медленного. Который вызывал слабость, удушье, затем паралич сердца. Похоже на отравление цикутой или каким-то экзотическим алкалоидом. Ты давал ему микстуры от болей в суставах.

Грек побледнел как полотно.

– Я… я выполнял приказы! Мне принесли готовый состав и сказали подмешивать в питье! Клянусь Асклепием, я не знал, что это смертельно! Мне сказали – это сильное болеутоляющее, но с побочными эффектами!

– Кто принес? Кто отдал приказ?

– Я не видел лица! Это был человек в капюшоне, с печатью… печатью Дома Барки! Он сказал, что это воля самого царя Гамилькара, который не хочет, чтобы о его немощи знали посторонние! Я поверил!

Ганнибал обменялся взглядом с Мато. Печать Дома Барки… Это сужало круг, но не до конца. Такую печать могли иметь он сам, Гасдрубал, высшие военачальники, доверенные администраторы.

– Опознаешь голос?

– Нет… голос был глухой, нарочито измененный. Но… у него была рука. Левая. На тыльной стороне кисти – шрам в виде полумесяца. И еще… он случайно обронил фразу. На пуническом, но с акцентом. На сицилийском акценте.

Сицилийский акцент. Человек из Сицилии. Или долго живший там. Круг сжался до предела. В памяти всплыли лица: сицилийские греки, перешедшие на его сторону после разгрома Гиеронима, карфагенские наместники острова… И один, самый близкий.

– Он больше не нужен, – кивнул Ганнибал Мато, указывая на лекаря. – Обеспечь ему… комфортное заключение. Без права контактов.

Когда перепуганного грека увели, Ганнибал остался в полутьме погреба, чувствуя, как холодная ярость поднимается из желудка к горлу. Он догадывался. Почти был уверен. Но нужны были железные доказательства. И он знал, как их получить.

Часть 2. «Небесный Левиафан».

Тем временем, в оазисе Файюм, царило лихорадочное возбуждение. На огромном, специально выровненном поле, защищенном со всех сторон скалами и частоколом из пальм, стояло Чудо.