Я поставила бокал на поднос проходящего официанта и вышла на террасу.
Воздух здесь был прохладнее. Я облокотилась на перила и посмотрела на лес, который начинался сразу за клубом. Сосны стояли ровные, высокие, такие же, как много лет назад, когда я была молодой и глупой и верила, что любовь бывает навсегда.
— Можно присоединиться?
Я вздрогнула. Рядом стоял мужчина — высокий, в тёмно-синем костюме, без галстука, с расстёгнутой верхней пуговицей рубашки. Я не слышала, как он подошёл и как открылась дверь.
Я хотела сказать «нет». Хотела сказать, что хочу побыть одна, что мне не нужны знакомства и разговоры. Но почему-то вместо этого кивнула.
— Спасибо, — сказал он и встал рядом, тоже облокотившись на перила. — Там душно, а тут явно чувствуется жизнь.
— Там праздник, — поправила я.
— Праздник это когда весело, а там явно пахнет спектаклем. Все играют роли: счастливые родители, идеальные гости, влюблённые молодожёны, а потом устанут и поедут домой, и там снимут маски.
Я посмотрела на него с удивлением. Он говорил то, о чём я думала, но никогда не сказала бы вслух. Особенно здесь, на этом вечере, когда меня просили молчат и не наговорить лишнего.
— Вы кто? — спросила я.
— Максим, я друг Олега. Меня назначили ответственным за развлечение гостей, но, честно говоря, я проваливаю свою миссию. — Он улыбнулся, и улыбка у него была… тёплая. Не такая, как у всех сегодня — дежурная и отработанная, а настоящая. — Я сбежал от гостей, потому что устал делать вид, что мне интересно, какое шампанское лучше — французское или итальянское. А вы почему сбежали?
— Я не сбежала, я просто… вышла подышать.
— Подышать это хороший повод. Я его тоже использую.
Он замолчал и я почувствовала, как тишина между нами становится какой-то… другой. Не неловкой, а живой. Как будто мы могли стоять так и молчать вечность, и это было бы нормально.
— Вы мать невесты? — спросил он через минуту.
— Да, а как вы догадались?
— Вы на неё похожи.
— Говорят, что она га меня не похожа. Она в отца.
— Я не про внешность. Я про то, как вы смотрите. Она сегодня смотрит на мир так, будто всё вокруг подарок. А вы… вы смотрите так, будто боитесь, что этот подарок отнимут. Или что вы не заслуживаете на него смотреть.
Я замерла.
Никто за последний год не говорил мне ничего подобного. Никто вообще не смотрел на меня так пристально, чтобы заметить что-то, кроме цвета платья или длины волос.
— Вы психолог? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Ресторатор, но приходится разбираться в людях. Иначе не угадаешь, какое блюдо кому предложить.
— И какое блюдо вы предложили бы мне?
Он повернулся ко мне, и в его серых глазах, с каким-то странным светлым отливом, мелькнуло что-то, отчего у меня перехватило дыхание.
— Что-то очень тёплое и очень сладкое. Чтобы вы перестали быть такой… напряжённой.
Я открыла рот, чтобы ответить, но не успела. Дверь на террасу открылась, и оттуда высунулась голова официанта:
— Гости, проходите в банкетный зал! Банкет начинается!
Максим улыбнулся и протянул мне руку.
— Пойдёмте, Вера? Или вы предпочитаете, чтобы я называл вас по отчеству?