Наглый. Плохой. Злой: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Только внутри все переворачивается, да перед глазами то и дело мелькают кадры, где Давыдов подтягивается. Снова и снова, а мышцы натягиваются, рисуя замысловатые узоры от проступающей силы.

Делаю еще пару жадных глотков, и пару капель разлетаются по кофточке, формируя темные пятна. Оттираю бегло и снова подхожу к тренажеру.

Сажусь, хватаю перегородку и оттягиваю вниз, медленно поднимаю и снова опускаю, пока мои руки не накрывают резкими движениями. Мягко выхватываю из рук стойку. Я же дергаюсь и резко поднимаю голову.

— Хочешь себе поясницу расхерачить? Кто так делает? — рычит злобно он, одной рукой держа перекладину, второй хватая меня за руку. Показывает кивком, что надо поднять и вторую.

Я поднимаю, повинуясь этому напору, и он накрывает мои ладошки своими руками. Встает за спиной и плотно прижимается ко мне всем телом.

И, кажется, я чувствую намного больше, чем позволено в такой ситуации. Меня обдает кипятком, и бросает в ледяной пот.

Рывок, и Давыдов опускает перекладину, показывая, как надо на самом деле.

Второй рукой он касается моей спины.

— Выровни. Никаких прогибов, иначе очень скоро у тебя будет болеть спина из-травмы.

А затем он отнимает и вторую руку, накрывая мои лопатки, массирует мышцы и надавливает куда-то.

— Вот эта мышца должна работать, когда ты выполняешь подход. Вот эта, а не эти, — ладонь летит к пояснице и до ощутимого жара в теле прижимается ко мне, плотно… приклеивается!

— Поняла, спасибо, — сиплю, но тренажер отпускаю. Сама поднимаюсь, и отхожу в сторону, вибрируя от непонятного напряжения. От Давыдова не воняет, но тело блестит от бисеринок пота.

Я жадно рассматриваю и заставляю себя переключиться на лицо, а он рассматривает меня без всякого стеснения. Чего ему стесняться, верно?

Улыбается кривовато, пока мажет по мне взглядом.

— Ты хочешь спину подкачать?

— Да, она у меня болит.

Сопротивление падает, может он и не такой бестолковый? Очевидно, разбирается во всем этом.

— Сидячий образ жизни, у тебя искривление есть.

— Я много лет пишу картины, разумеется, он сидячий.

Давыдов кивает, головой указывая куда-то в сторону.

— Т ебе нужно нечто другое, чтоб лопатки расправить. Станет легче. У тебя сейчас шея болит, — он все закидывает меня фактами.

— Откуда ты…?

Он словно мышцы читает.

Идет чуть впереди, бросает на меня игривый взгляд, а затем произносит со странной интонацией.

— Я просто в тебе… читаю все, и вижу напряжение, — прищуривается, а затем указывает на тренажер. — Садись.

И я сажусь, забывая даже расстелить полотенце.

— Только немного килограммов. Не больше десяти. Мне тяжести тоже нельзя.

— Это не тяжесть, это твои мышцы. Начинать надо так, чтобы ты ощущала свои мышцы. Десятку ты не почувствуешь тут, — произносит он, устанавливая пятнадцать. В одно движением оттягивает поручень тренажера и тянет ко мне, а сам… садится сзади, и шепчет утробно.

— Лопатки расправить, плечи выровнять, — вручает мне перекладину и прикасается к спине, ладонями расправляя мне лопатки до ощутимого хруста.

— Ох, — простонав нечленораздельное, опускаю голову, но Давыдов отрезвляет грубо: