Сердца перевёртышей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да, но в то время городом управляли медведи, и мэр «похоронил» это дело, как, собственно, и владелец местной газеты.

— Даже намека нигде не встречала.

— Перевёртыши не любят говорить о вещах, которые заставляют нас выглядеть плохо. Живя в городе со смешанными видами, каждый несет на себе бремя попыток создать идеальный образ. Быть идеальным гражданином.

— Безумие какое-то, но никто не идеален. Так что же случилось с перевёртышем?

— Не знаю. Тогда в городе царили страх и странное волнение, а потом — ничего. Убийства прекратились, и все вернулось на круги своя. Некоторое время люди ждали, Дентаун был на грани, но спустя месяцы, а потом и годы жизнь вернулась в нормальное русло.

— Может, сейчас это другой парень. Кем бы он или она ни были, прошло уже двадцать лет. Возможно, они уже слишком стары для этого, но...

— Я, надеюсь, что все будет иначе, но перевёртыши стареют медленнее людей. Ты знаешь это как никто другой. Не знаю, что будет хуже. Тот же убийца или подражатель.

— Я изучил документы по тому делу, и этот круг внутри пламени имеет отличительные черты. Они поставили клеймо на груди у убитой. Не знаю, что означает этот символ, и никогда раньше не видел ничего подобного. Я сделал фото, собираюсь прогнать его через поиск изображений в Интернете и посмотреть, что удастся выяснить.

— Дай мне знать, если я смогу чем-то помочь.

— Спасибо, док. Надеюсь, это единичный случай, и федералы либо быстро найдут убийцу, либо все будет как прежде и нам больше не придется сталкиваться с подобным.

Я старалась не обращать внимания, но от одного только запаха меня передернуло. Эрл Грей — аромат черного чая. Слова Маршалла звучали обнадеживающе, но запах говорил о другом. Он не верил, что это единичный случай. И был напуган, обеспокоен и мрачен. Меня передёрнуло. Внезапно он поспешил покинуть помещение. Люди не понимают, насколько заразны негативные эмоции. Если вы стоите рядом с кем-то омрачённым эмоциями, это состояние накрывает всех окружающих.

Я сказала ту же лживую банальность, что и он. Уверяя его, что это не подражатель, хотя мы оба знали, что это либо так, либо еще хуже — убийца вернулся. Проблема лишь в том, что на этот раз его остановят до того, как будут потеряны еще одиннадцать жизней.

Телефонный звонок вырвал меня из сна. Глаза распахнулись, словно узники, освобожденные из кошмарной тюрьмы. Пытаясь замедлить сердцебиение, делаю глубокие вдохи, прежде чем схватить трубку. Маршалл. Проклятье, сердце снова забилось. Еще один труп?

— Док, я еду к тебе в офис. У меня тут мужчина-перевёртыш. Пахнет кошкой. Сильно ранен. Твой офис ближе, чем ехать к Радужному водопаду. Не думаю, что он продержится так долго. Встретимся там.

— Конечно, уже иду, — я отключаюсь, сбрасывая с себя ощущения от неприятных снов и одеяло одновременно. Несусь в ванную и по пути собираю необходимое. Мне нужен чистый комплект для операции. Но почему перевёртыш должен быть близок к смерти? Он уже должен восстановиться. Если только не истекает кровью быстрее, чем его природная способность к заживлению. Проклятье. Я влезла в рабочие кроссовки, не потрудившись зашнуровать. Знала ли я этого перевёртыша? Это кто-то из Дентауна? Может, это убийца? Я задрожала, вцепившись в руль. Еще одно нападение или он перепутал жертву? Сосредоточься. Даже если это убийца, я должна сделать все, чтобы он остался жив, а приговор ему вынесет суд. Перевёртышей казнили. Это единственный способ защитить общество от опасного хищника, который мог сменить обличье и убивать как заблагорассудится. Это гуманно и для перевёртыша. Ни одно животное не заслуживает, чтобы его заперли в клетке на всю оставшуюся жизнь с безумием в качестве единственного будущего.

Я вздрогнула. Заслуженно или нет, но больно думать о казни прекрасного существа, другого перевёртыша. Слава Богу, это не мое решение. Кроме того, не было возможности узнать, перевёртыш, которого привез Маршалл, преступник или жертва.

Я выскочила из своего мини-внедорожника в тот момент, когда Маршалл затормозил на подъездной дорожке к клинике.

— Сюда, — я бросилась к боковой двери и уже вводила первые несколько цифр, когда меня нагнал его запах.

И сильно ударил сзади. Задохнувшись, я обернулась. Сквозь запах крови и пота доносился аромат, которого я никогда раньше не чувствовала. Лимоны, апельсины, корица, имбирь — все мои любимые вкусы соединились в таком восхитительном запахе чая, что я не могла пошевелиться. У меня потекли слюнки и отвисла челюсть.

— Что это? — брови Маршалла сошлись на переносице. Он опустил взгляд на мужчину, которого удерживал.

— Ничего, — ответила я. Голос дрожал, когда я смогла осознанно ответить. Сосредоточившись, я повторила свою мантру, открывая дверь, и проводила Маршалла, несущего на руках изуродованное тело моей... истинной пары.

Глава 2

Сукин сын. От боли мой кот зарычал. Злился. Сердился. Больно. Успокойся. Дыши, блядь. Расслабься, блядь. Мы еще не умерли. Мой кот стонет. Где-то там был тот ублюдок, который набросился на меня сзади. Я собрался с силами и попытался взять себя в руки. В буквальном смысле.

Я немного вздремнул, вероятно, чертовски умирая. Когда мой кот подтолкнул меня к пробуждению словами... «Истинная пара».

Пара, пара, пара...

А? Я затих, услышав это. Попытался угомонить сердце и сосредоточиться на окружающей обстановке. Это что — чертова удача? Судьба не может быть такой чертовски жестокой. Привести меня к моей истинной паре в день моей гребаной смерти? Я приподнялся, прислушиваясь.

— Нет, нет. Пожалуйста, не вставай. Успокойся. Расслабься, — ее слова должны успокаивать, но они звучат напряженно, обеспокоенно. Она в опасности? Черт возьми, только не это.

Я напрягаюсь, борясь с поглощающей меня темнотой, нужно открыть глаза. Затем этот ангел прикладывает руку к моей щеке. Будто прохладная влажная ткань после целого дня палящей лихорадки. Вздыхаю, поворачиваю голову, чтобы прижаться к ее ладони и вдохнуть побольше ее запаха. Мой кот переворачивается на живот в поисках поглаживания. Осознав, что я все еще в человеческом обличьи, он инстинктивно пытается обернуться. Пытается завладеть моей волей, когда я нахожусь в самом слабом состоянии.

— Нет, — предупреждает она. Этот тихий вскрик заставляет нас обоих вздрогнуть. — Нет. Не двигайся. Я пытаюсь позаботиться о твоих ранах и пока не хочу, чтобы ты перекидывался.

Делаю еще один глубокий вдох, чтобы успокоить нас с помощью ее запаха. Все еще не могу открыть свои чертовы глаза.