— Что у нас здесь? — спросил он голосом с шероховатостью, толкая себя им в лицо.
— Два маленьких шпиона, — ответила та, что с рыжими косами, шелковистым, кошачьим голосом и поскребла им головы своими острыми когтями.
— Отстань от меня! — сказала Харлоу так свирепо, как только могла, надеясь, что только она может услышать дрожь в собственном голосе.
— Подглядывали за нами, да? — сказал клоун, подходя все ближе и ближе.
И тогда он стал кружить вокруг них тяжелыми, неуклюжими шагами.
— Бу! — крикнул он прямо позади них, и они обе закричали.
Клоун рассмеялся, и другие женщины засмеялись пронзительным, оглушительным голосом.
— Вы пришли сюда, чтобы украсть наши секреты? — сказала другая женщина, садясь на корточки перед ними.
Ее глаза были очень бледно-зелеными, с щелевидными зрачками. В ее взгляде было что-то завораживающее, от чего было трудно отвести взгляд.
— Нет. Мы ничего не знаем ни о каких секретах. Пожалуйста, отпустите нас! — заплакала Ребекка.
— Мы просто гуляли здесь. Это наш город. Если вы нас не отпустите, наши люди придут вас искать, и вы все пожалеете! — крикнула Харлоу.
— Что тут происходит? — сказал низкий голос где-то позади них.
Харлоу прикрыла глаза и вытянула шею, пытаясь понять, откуда исходит звук. А затем Сойер встал перед ними, глядя на нее с той же веселой улыбкой, что и ранее освещала его лицо.
— Ну, что б меня, если это не две добрые дамы, которые помогли мне сегодня утром.
Он нахмурился.
— Но где ваша сердитая подруга?
— Не здесь, — коротко сказала Харлоу. — Но я могу очень хорошо изобразить ее, если ваши люди не отпустят нас!
— Чему я обязан сегодняшнему удовольствию?
— Мы как раз собирались на прогулку, когда эти — эти кошачьи морды — похитили нас и притащили сюда! — отрезала Харлоу.
— Кошачьи морды? — сказала рыжие косички и беспомощно рассмеялась.
Остальные тоже засмеялись, и улыбка Сойера стала шире.
— Мне жаль. Эти котята иногда выходят из-под контроля. Может быть, им не хватает работы?
Оба котенка выглядели пристыженными.
— Это Мелина, а это Резия. И этого клоуна зовут Винс. Они на самом деле милые, когда ты узнаешь их поближе. Даже Винс. А теперь, кошачьи морды и Винс, извинитесь перед этими дамами за то, что напугали их до чертиков.
— Извините, — пробормотали все.
— А теперь, убирайтесь.
Две женщины вскочили на ноги и умчались прочь, изящно, как большие кошки, а Винс неуклюже побрел прочь. Голубой взгляд Сойера снова обратился к Харлоу, и он был ослепительнее, чем прожекторы, словно он смотрел ей прямо в душу.
— Иногда они слишком игривы для своего же блага. Им следовало быть осторожнее с таким нахалками, как ты, Харлоу.
— Да, я бываю такой, — ответила Харлоу с примесью сарказма в голосе, когда она поднялась на ноги и отряхнула землю со своих штанов.
Теперь Сойер стоял так близко к ней, возвышался над ней, огромный и крепко сложенный. Ее кожа внезапно нагрелась и покрылась мурашками, и она почувствовала странное, расслабляющее ощущение в своем теле, как будто что-то глубоко внутри нее звало его.