Однако Король только отстранился немного, испытующе заглянул мне в лицо.
— Сам процесс ты не увидишь. Это происходит быстрее, чем способен уловить человеческий глаз.
Он понял, конечно же. И я закивала, боясь, как бы он не передумал.
Эйдан странно улыбнулся в ответ.
А мгновение спустя его уже не стало.
Зато на траве передо мной лежал длинный изумрудно-зеленый змей, похожий на питона.
Он не двигался, просто смотрел на меня, высунув язык.
Я прижала ладони к щекам, потому что это должно было стать по-настоящему страшно.
Или даже отвратительно.
Вот только вместо всего этого в груди защекотало искрящееся веселье. А еще — тепло оттого, что он подпустил меня настолько близко.
Я медленно, чтобы он видел каждое движение, опустила руку и медленно, опасаясь надавить слишком сильно, провела ладонью по змеиному телу. Оно оказалось упругим и сильным. Обманчиво ленивым.
Я задержала дыхание, потому что гладила по-настоящему опасного хищника, как кошку или собаку, а он мне это позволял. Лежал, не двигаясь, позволяя мне разглядывать себя и изучать ощупью.
— Ты красивый, — сказать такое бессловесному змею было просто. — Никогда не думала, что змеи могут быть такими красивыми. Ты знаешь, что блестишь на солнце?
Он предсказуемо не ответил.
Зато так же плавно, как тянула к нему руку я, двинулся вперед.
Прохладная и жесткая кожа скользнула по моему колену, потом по внутренней стороне бедра, и мне пришлось прикусить кончик языка, потому что это, вероятно, было уже чересчур.
Однако Эйдан делал это намеренно. Без спешки обвиваясь вокруг меня, он проходился по самым чувствительным участкам тела. Его раздвоенный язык мелькнул прямо перед моими губами, а потом его голова легла мне на плечо.
Я забыла, как дышать и с удивлением обнаружила, что у меня дрожат пальцы, когда подняла руку и погладила его снова, теперь уже в разу смелее.
Это были настоящие объятия.
Мое сердце колотилось отчаянно тяжело и быстро от того, сколько взаимного, невесть откуда взявшегося доверия в этом было.
Он ведь с легкостью мог бы задушить меня.
А я могла бы причинить ему вред. Наверняка могла бы.
Вместо этого мы теряли счет времени, сидя на берегу так.
Когда солнце начало опускаться ниже, Змей двинулся обратно.
Я тихо охнула, когда он задел мою грудь кончиком хвоста, и первая потянулась к нему, стоило ему только снова стать Эйданом.
Бездумно обвить руками его шею, прижимаясь всем телом, самой перебраться к нему на колени оказалось совсем несложно.
Он тут же подхватил меня под спину, а его пальцы скользнули по моему влажному естеству так требовательно, будто он до безумия по мне соскучился.
Мне оставалось только опустить голову ему на плечо, стоя на траве на коленях, и глотать короткие стоны, когда он начал двигать рукой.
Ребром ладони — стремительно, так, чтобы я задохнулась. И тут же — контрастно нежно, самыми кончиками пальцев.
У него не было ни настроения, ни времени на игры, он слишком сильно меня хотел, и это желание я читала в каждом его вздохе, в том, как он меня держал.