— Хватит.
Мой рык альфы разрезает воздух, как лезвие. Тренер, может, и сам альфа, но его рот тут же захлопывается, а глаза слегка расширяются, когда он осознаёт опасные нотки в моём голосе.
Я делаю шаг вперёд, используя каждый дюйм своего роста, чтобы нависнуть над ним.
— Ты не знаешь, о чём говоришь. Ты понятия не имеешь, через что прошёл мой брат и с чем ему приходится сталкиваться каждый грёбаный день. Так что не смей стоять здесь и сводить его боль к какому-то маркетинговому ходу.
— А теперь послушай... — начинает Тренер, но я ещё не закончил.
— Нет, это ты послушай, — ещё один шаг вперёд, и Тренер упирается спиной в стену. — Призрака здесь нет, потому что ему нужно личное пространство. Потому что его что-то спровоцировало настолько сильно, что ему пришлось на время исчезнуть. И знаешь что? Я поддерживаю это решение. Потому что альтернатива — это если бы он пришёл и потенциально потерял контроль во время тренировки. Этого ты хочешь? Уверен, это бы охуенно смотрелось в журнале.
Лицо Тренера из красного становится слегка бледным и меловым. Отлично. Может быть, хоть что-то наконец дойдёт до его тупой башки.
— Он не дрессированное цирковое животное, чтобы вас тут развлекать, — продолжаю я, понижая голос ещё больше. — Он человек. Член моей стаи. Мой брат. И если ты когда-нибудь — когда-нибудь — снова назовешь его монстром, даже в переносном смысле, у нас состоится совершенно другой разговор. Такой, который закончится тем, что ты будешь искать себе новую работу. Мы друг друга поняли?
Угроза повисает в воздухе между нами, тяжёлая и недвусмысленная. Тренер с трудом сглатывает, и часть его бравады наконец даёт трещину.
— Я не хотел...
— МЫ. ДРУГ ДРУГА. ПОНЯЛИ?
Он судорожно кивает, и на его лбу выступают капельки пота:
— Кристально.
— Хорошо, — я отступаю, давая ему возможность снова дышать. — А теперь... Предлагаю тебе сосредоточиться на подготовке катка к тренировке. С командой я разберусь сам.
Тренер практически срывается с места, его ботинки скрипят по отполированному полу, пока он поспешно удаляется. Я смотрю ему вслед, и ярость всё ещё бурлит у меня под кожей. Часть меня хочет пойти за ним, чтобы абсолютно точно убедиться, что он понимает всю тяжесть своей ошибки.
Но я не могу.
Я должен быть выше этого.
С разочарованным рыком я поворачиваюсь и бью кулаком в ближайшую стену. От удара по руке проходят шоковые волны, а в костяшках расцветает боль. Но это помогает. Даёт мне на чём-то сосредоточиться, кроме красной пелены гнева, застилающей зрение.
Дыши глубже, Тейн. Возьми себя в руки.
Я прислоняюсь лбом к прохладному бетону, пытаясь прийти в равновесие. В голове непрошеными вспышками проносятся образы. Первая ночь Призрака в нашем доме, когда он свернулся калачиком, как раненый дикий зверь, в подвальном шкафу, в который не помещался даже в детстве. То, как он вздрагивал каждый раз, когда кто-то двигался слишком быстро. Кошмары, из-за которых он царапал собственное лицо, пока нам не приходилось его связывать.
Тот день, когда я наконец узнал правду о том, что случилось с его лицом. О том, что сделал его отчим. Как я хотел выследить его и заставить страдать так же, как он заставлял страдать моего нового брата. Моя ярость, когда настоящего монстра вместо этого заперли в тюрьме.
В безопасности от меня.
По крайней мере, пока он не выйдет.
Рука пульсирует от боли, и я понимаю, что снова ударил стену, сам того не желая. Блять. Я осматриваю свои костяшки: они уже начинают опухать.
Позже Чума устроит мне за это взбучку.
В глубине души я не могу отделаться от чувства, что за моим нынешним состоянием кроется нечто большее, чем просто болтовня Тренера. В последнее время мы все на взводе. Я, Призрак, Виски... даже Чума не так равнодушен, как обычно.
Дело в скором прибытии Валека?
Возможно, отчасти дело в этом, но всё равно что-то не так. Скорее похоже на то, что наш мир сместился со своей оси, и никто из нас не понимает почему.
Но мы все это чувствуем.
Глава 10