Чертовски Дикий: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я опускаюсь на то, что осталось от нашего дивана, морщась от протеста ребер. Всё болит. Челюсть пульсирует там, куда пришелся первый удар Призрака на подземной парковке. Головная боль, которая, как мне казалось, отступила, вернулась и теперь бьет за глазами в такт сердцебиению.

А теперь еще и Валек здесь. В нашем доме. Рыщет вокруг, как хозяин положения.

Идеально. Просто, блять, идеально.

По крайней мере, групповой чат, кажется, работает. Держать Айви в курсе без необходимости подниматься в лофт — это, наверное, к лучшему. Чем меньше движений туда-сюда, тем лучше. Я всё еще не до конца доверяю маскировке, которую мы с Чумой наложили на люк. Если Валек хотя бы наполовину так проницателен, как кажется, он заметит любые нестыковки.

Кстати о нестыковках: новый диван всё еще воняет заводскими химикатами. Сколько бы мы ни распыляли освежителя, его невозможно спутать с обжитой мебелью. Всё в этой комнате кричит «наспех слепленное прикрытие». Остается только надеяться, что Валек не станет присматриваться слишком внимательно.

— Ты одеваешься как киллер, у которого есть профиль на LinkedIn, — доносится с кухни голос Виски, привлекая мое внимание.

— А ты одеваешься так, словно провалился сквозь крышу магазина сельхозтоваров и оставил на себе всё, что прилипло, — отвечает Чума ледяным тоном. — Твои советы по стилю значат для меня меньше, чем ничего.

— Эй. Там продаются отличные вещи.

Прекрасно. Они снова за свое. Я почти физически ощущаю, как у меня поднимается давление, когда Виски и Чума выходят с кухни, продолжая свой очередной спор. Виски натягивает кожаную куртку, позвякивая ключами в руке. Чума поправляет манжеты своей черной водолазки — да, ебаный свитер-водолазка в теплый день — резкими движениями, которые каким-то образом умудряются передать его раздражение.

— Я лишь говорю, что, может, стоит немного расслабиться, — продолжает Виски. — Особенно теперь, когда у нас в доме есть сама-знаешь-кто. Ты настолько напряжен, что я удивляюсь, как ты не скрипишь при ходьбе.

Я тру виски, заклиная мигрень отступить.

— Вы двое можете заткнуться на пять мин...

— Кто у нас в доме?

Мы втроем вытягиваемся по стойке смирно, когда в дверном проеме появляется Валек; в его серебристых глазах поблескивает интерес. Он небрежно опирается плечом о косяк, скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу, словно стоял там всё ебаное время. Но в том, как он нас изучает, нет ничего небрежного.

Дерьмо. Что он слышал? Я думал, он в своей чертовой комнате. Для такого высокого альфы он передвигается, как призрак. Мой пульс учащается, и я борюсь с желанием дотронуться до ребер, которые всё еще ноют после драки с Призраком. Это именно то, чего мы пытались избежать. Валек подслушал что-то об Айви.

Чума замирает как вкопанный, а рот Виски захлопывается так быстро, что я клянусь, слышу стук его зубов.

— Никого, — говорю я, целясь в небрежность, но промахиваясь на милю. — Просто командные дела.

Тонкая улыбка Валека говорит мне, что он не верит ни единому слову.

— А. «Командные дела», — он шагает в комнату. — Знаете, по моему опыту, когда разговоры смолкают в тот момент, когда в комнату входит иностранец, это редко означает... как вы, американцы, говорите? Хорошие новости.

Подождите... он думает, что мы говорили о нем? Я открываю рот, чтобы ответить, но Виски меня опережает.

— Воу, чувак, — Виски поднимает руки, округлив глаза. — Ни у кого здесь нет проблем с иностранцами. У меня вообще нет никаких проблем с канадцами. А Чума родом из Османской империи.

— Османской империи больше не существует, — с недоверием произносит Чума.

— Ты сам мне сказал, что ты оттуда! — протестует Виски.

— Это была шутка! — шипит Чума.

И на этом они срываются в очередной ожесточенный и совершенно бессмысленный спор. Если эти двое не разберутся с той странной химией, которая кипит между ними годами, они убьют друг друга.

Брови Валека слегка приподнимаются.

— С канадцами? — повторяет он. — А я слышал, ты в это не веришь.

Виски отрывается от перепалки с Чумой. Чума всё еще ругается на него, но Виски может концентрироваться только на одной вещи за раз. Это одновременно и проклятие, и благословение на льду.

— А ты канадец?

Валек сверкает ухмылкой и демонстрирует темно-синий канадский паспорт, который он, должно быть, держал в кармане с единственной целью — поиздеваться над Виски. Золотое тиснение на обложке переливается на свету.