Внезапно моя тихая гавань перестаёт казаться такой уж безопасной.
Часто ли Призрак бывает здесь, когда команда в городе? Из-за паранойи Уэйда, который закипал каждый раз, когда ему казалось, что я хотя бы думаю о «Призраках», я мало что о них знаю, но мне известно, что Призрак славится своей закрытостью и сдержанностью, на фоне которых Чума кажется прямо-таки дружелюбным.
Я нервно ковыряю пластырь-подавитель запаха на затылке. Под пальцами он кажется скользким, словно приклеен не так плотно, как должен бы.
О, боги.
Что, если он уловил мой запах?
Омеги — редкость. Запах омеги моментально сузит круг тех, кем я могу быть, а одинокие омеги, которые не висят на руке альфы — или на руках целой стаи, — редко остаются незамеченными.
Обертка батончика гранолы шуршит, когда я наконец открываю его, скорее по нервной привычке, чем из-за реального голода. Мне нужно подумать, нужно приспособиться, нужно...
Мне нужно не блевануть от стресса.
Я заставляю себя откусывать от батончика крошечные кусочки, пытаясь успокоить желудок. На экранах передо мной жизнь на арене идёт своим чередом: сотрудники выполняют свои рутинные обязанности, игроки приходят и уходят с тренировок, и всё выглядит совершенно обыденно.
Вот только больше ничего не обыденно.
Ничего не безопасно.
Ничего не определено.
И я понятия не имею, что с этим делать.
Я переключаюсь между камерами в поисках хоть какого-то следа Призрака, но он исчез так же бесследно, как и его тёзка. Технические туннели кажутся пустыми, но теперь я знаю правду: он может быть где угодно внизу, передвигаясь в тенях так, словно они принадлежат ему.
Хотя, полагаю, так оно и есть. В конце концов, это его территория, а я здесь — незваная гостья. По крайней мере, он, казалось, был больше озабочен тем, чтобы скрыть собственное лицо, чем вопросами о том, почему я прячусь в туннелях.
Но когда я сворачиваюсь калачиком в своём гнезде, меня не покидает чувство, что что-то изменилось. Какая-то невидимая черта была пересечена, и это гораздо хуже, чем когда Чума нашёл конёк.
На этот раз меня заметили.
Глава 6
ПРИЗРАК
Мои пальцы очерчивают края маски. Ткань надежно прилегает к изуродованной нижней части лица, но я проверяю снова.
И снова.
Никаких зазоров.
Омега ничего не увидела.
И не могла увидеть — её реакция доказывает это.
Не было ни криков.
Ни попыток сбежать.
Её запах прорезается сквозь воспоминания, затуманивая мои мысли. Я вдыхаю так глубоко, как только могу, упиваясь её ускользающим призрачным следом, позволяя аромату дикой жимолости заполнить всю мою грудную клетку, голову и душу — если от неё хоть что-то осталось.
Даже слабый и приглушенный, её запах зовет меня.
Омега.
Здесь.