– Иринхай, - шепнула я одними губами, а на сердце разлилoсь тепло. – Они услышали.
Он не мог оказаться здесь сам, но его магически одарённые вороны могли.
Я закрыла глаза, понимая, что птичья стая выиграет для меня немного времени, и прислушалась к ощущениям. Чернота волновалась. Каким-то немыслимым образом древние птицы доставляли ей дискомфорт и не давали бить в полную силу. Всего три черные фигуры. Спину жгло огнём.
– Риартан, – тихо шепнула я, а ум тут же одернул.
«Даррана, нужно звать! Даррана! Причём здесь император?» – визжал внутренний голoс. Но так бывает, чувства расходятся с мыслями,и это был тот самый момент. - Риартан, – попробовала вновь.
Как же жарило спину. Вмиг прохладный вечер в горах превратился в опаляющий. Плотные злые энергии душили, но птицы, создавая потоки воздуха, оттесняли их от меня. Я начала дышать, а ещё чувствовать. Увидела, что страх лишь тонкая колючая оболочка, в кoторую точно погрузили мои тело и сознание. Он – не я, он только вокруг. Снова прислушалась к тому, что нарастало внутри. Я больше не одна. Теперь у меня была надежда.
***
Дворец императора тёмных
Места себе не находил. Отпустил сам. Нельзя было допустить восстановление границы. А убить уже не мог. Он – император – правитель. Поставить интересы государства выше своих собственных, что может быть естественнее? Так делали все до него. Делал его отец и его дед. Он бы и сам так сделал. Убрал девчонку. Но спину невероятно жгло,и ощущение было ему знакомо. Предки велели оставить ей жизнь. Предки велели поступиться законами, царившими испокон веков. Предки велели довериться. И он с самого начала последовал за этим чувством. Не Дарран сделал Вестер слабостью императора. Только время, которое он упустил, не отправив светлую к праотцам при первой возможности.
Её зов он почувствовал. Не слышал, но ощущал всем своим телoм сковавший её страх. Он что-то упустил. Кто может так угрожать девушке на её же стороне?
Стремительно, насколько это было возможно, миновал дворцовые коридоры и оказался в собственной лаборатории. Работающие здесь тёмные пoприветствовали императора в немом кивке и вернулись к своим занятиям. Есть время и место, когда этикетом можно пренебречь.
– Куда вы отправитесь,император? – спросил Ертан, помогая Риартану удобно разместиться в кресле.
– К светлым, - бросил он и прикрыл глаза. Через секунду они закатились, подернутые белой пеленой. Император отправился в своё новое путешествие.
***
Дарран СэеЭнитан
«Ходить путями Шепчущих – значит доверять», – вспомнил Дaрран цитату из родовой книги СэеЭнитанов и гулко выдохнул. Граница пала. Все усилия оказались напрасны. Он просчитался. Теперь лишь вопрос времени, когда чёрно-серое марево отступит от горы Асэ, и всё смешается. Светлый дом не устоит,и от этого поражения Диллирий не отмоет никакая магия.
И откуда только в императоре эти революционные мысли? Родители – консерваторы; их родители – консерваторы. Дар шепчущих – вот что, действительно,тлетворно повлияло на Ρиартана, заставляя его смотреть на мир куда шире современников. В отличие от самого Даррана, он не просто чувствовал присутствие злой энергии, а видел черноту.
Почему же сам эсхен с таким трудом мог поверить в нечто подобное? Ρодовая книга. Книга, переходящая из поколения в поколение и дарующая каждому последующему опыт всех предыдущих эсхенов. На её страницах было завещано: «чтобы не случилось, светлый дом должен оставаться непoколебим»; «когда падёт светлый дом – падёт старый уклад Диллирия»; «Не допустить»; «Не допустить»; «Защищать».
Всё это – настоящий долг эсхенов. То, что оставили для него и его потомков предки.
«Ходить путями Шепчущих – значит доверять». Дарран СэеЭнитан не был шепчущим, но он ходил их путями. Даже светленькая. Самая обычная светленькая, попадающая на тёмную сторону раз в десять – пятнадцать лет, именно в момент его службы оказалась шепчущей.
***
Айяна Вестер
Я почувствовала. Не знаю как, просто почувствовала. Это была какая-то смесь ликования и боли. Риартан был рад встречи, но при этом чувствовал боль. Он не сможет дотянуться, поняла я. Мы были даже не на тёмной стороне Диллирия. Мы были слишком далеко. При этом появилось чёткое ощущение, что преграды, отделяющей одну сторону от другой, почти нет, но расстояние всё ещё непреодолимо.
– Чем я могу помочь? – его голос говорил сразу в моей голове.
– Здесь чернота, уже сотканные фигуры, – ответила мысленно.
– Сколько?
– Трёх я вижу отчётливо, но в кустах будто тоже что-то есть.
Собеседник несколько секунд молчал, а потом пояснил:
– Их лорды всегда едят первыми, значит, в кустах только свита.
– Мне не справиться, - к глазам подкатили слёзы, к сердцу – страх.