Трюм: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

За спиной на металлическом полу раздаются шаги. Это ночь идет за мной. Это бесконечная тьма, готовая поглотить меня. Это призрак Василиссы.

На спину ложится теплая рука — между лопатками. Я резко выпрямляюсь; из легких вырывается прерывистый вздох.

Ониксовые глаза встречаются с моими. Дориан.

— У тебя паника, — констатирует он будничным тоном. — Из-за чего?

Я смотрю поверх его плеча, мимо него, в темные края грузового отсека, ожидая увидеть там живые формы или бесформенные конечности, тянущиеся ко мне. Но там ничего нет. Тени — это просто тени.

Он берет мою голову в свои руки, заставляя смотреть на него. На этот раз я не могу отвести взгляд. Он кажется таким ужасающе человечным до того момента, пока наши взгляды не встречаются. Пока его глаза не вонзаются в меня, открывая самую чужеродную часть его сущности — эти два омута гладкой нефти. Его большие пальцы надавливают на мышцы под моими ушами. Его пальцы зарываются в мои волосы у основания черепа.

— Ами, — говорит он; его голос сам по себе похож на глубокий, низкий гул, словно он пытается нейтрализовать тот звук, что преследует меня. — Что бы тебе ни казалось, что тебя напугало — это нереально. Ты понимаешь?

Я киваю.

— Ты понимаешь?

Я втягиваю губы, покусывая их, в груди пылает огонь. Дориан удерживает меня своим взглядом, и я — его добровольная жертва. Наклоняя голову в его руки, как кошка, ластящаяся к нежной ладони, я позволяю глазам закрыться. Везде, где он прикасается ко мне, я горю, мое дыхание замедляется, и я в безопасности.

— Да, — выдыхаю я наконец. — Я понимаю.

Он наклоняется вперед. Я чувствую его дыхание у своего уха, и он нежно целует меня в висок. Его движения нерешительны. Ищущие. Испытующие. Я загнана в угол, и любое резкое действие может спровоцировать новую паническую атаку. Но этот поцелуй, такой нежный и невинный, обрушивается на меня, как шторм. Каждый синапс в моем мозгу вспыхивает, каждая мышца в теле расслабляется, и всё, что я чувствую, — это спокойствие и безопасность, безопасность, безопасность. Я никогда в жизни не боялась. Разве могла я? В этой вселенной нет ничего, что могло бы причинить мне вред.

— Вот так, — говорит он, слегка отстраняясь, но его губы задевают мою щеку, когда он произносит эти слова. — Я держу тебя. Я уберегу тебя. Бояться нечего. Отпусти всё.

Гул корабля резонирует внутри меня и снаружи, и на этот раз это как бальзам. Я пью его, как сладкое сиропное вино, и он поглощает меня.

Я просыпаюсь в своей комнате, укрытая в постели. Я голая, если не считать нижнего белья. Свет выключен, и на мгновение я не вижу ничего, кроме светящегося экрана, полоски огней во мраке, звезд и небесных тел, сияющих за целые эпохи отсюда. Мой взгляд мечется к дальнему углу комнаты, но за мной никто не наблюдает: никаких светящихся глаз, никакого силуэта в форме Дориана, цепляющегося за края моего зрения. И тогда я понимаю, что мне не страшно. Я проснулась не от испуга, а с довольным вздохом.

Я в безопасности. Дориан защитит меня.

Мне приходит в голову, что я не помню, как здесь оказалась. Я не помню, как покидала грузовой отсек, как возвращалась в свою комнату или ложилась в кровать. Последнее, что я помню, — это Дориан, прижимающий меня к груди, его губы на моей коже.

И непрекращающийся гул.

Я должна встать с постели и записать это. У меня должны быть записи каждого взаимодействия, каждого странного происшествия. Но я слишком устала, слишком расслаблена. Это не имеет значения. Я сделаю это, когда проснусь. Я в полной безопасности.

Я снова на Пионере. Здесь всё ярко освещено, стерильно и правильно. Бросив взгляд в иллюминатор шлюза, я вижу звезды, проносящиеся мимо нас, как светлячки. Я спускаюсь по лестнице в медотсек; мои шаги звучат приглушенно, в ушах звенит.

Всё вокруг белое, яркое и такое безупречно чистое, и чем ниже я спускаюсь по лестнице, тем ярче становится свет, пока у меня не начинает щипать в глазах.

Наконец, я спрыгиваю в медотсек, минуя последние несколько ступенек лестницы, и почти бесшумно приземляюсь на пол. Мне тяжело идти; ноги поднимаются медленно, они невероятно тяжелые, словно залиты бетоном. Но мне нужно добраться до стазис-капсул. Я всё еще могу их спасти. Я могу спасти Махди, его кривую улыбку. Могу спасти Лили, ее заразительный смех. Могу спасти Василиссу, которая могла бы стать моим другом, будь у нас больше времени.

Мне просто нужно добраться до них.

Но путь от лестницы через эту крошечную комнату кажется бесконечным. Я словно бреду сквозь густую грязь; из глаз текут слезы от яркого, ослепляющего света.

Когда я наконец добираюсь до капсулы Василиссы, я тяжело дышу. Настолько тяжело, что звук заполняет уши, пока в черепе не начинает реветь.

Я нажимаю кнопку, чтобы открыть её стазис-капсулу, и крышка отъезжает назад, освобождая ее; ее изможденное лицо предстает с ужасающей четкостью. Затем я подхожу к Лили, потом к Махди. Одна за другой их капсулы открываются.

Я здесь, чтобы спасти вас.

Я стою среди них, и в моей голове ревет и звенит бесконечный звук, сдавливая мой мозг.

Всё, что мне нужно сделать, это вскрыть вас.

Я замечаю, что держу расческу Василиссы. Она розовее, чем я помню, а зубья длиннее и острее. Они изгибаются ко мне, извиваясь, как щупальца.