— Я теряю терпение, парень.
— Я… собирался выйти из каюты номер двенадцать. Прежде чем это сделать, я слегка приоткрыл дверь, чтобы убедиться, что снаружи никого нет, и так я увидел человека. Я подождал, пока он уйдет, после чего вышел сам.
Марцио обернулся к капитану.
— Помогите мне, двенадцатая закреплена за…
— Кармен Маццалупо.
Карузо расхохотался.
— А что ты делал в комнате Маццалупо в четыре утра? — невинно спросил книготорговец.
— Кроссворды разгадывал, Монтекри. Что, ты думаешь, он там делал? — взорвался полицейский, изобразив недвусмысленный жест.
Лицо моряка сделалось пунцовым.
— А еще что-нибудь ты видел? — спросил у него Васто.
Луччи покачал головой.
— А куда он пошел, выйдя из седьмой? — спросил Карузо.
— В третью. В свою каюту.
— Молодец, матрос, — сказал полицейский, похлопав его по плечу. — Надеюсь, ты ей показал, этой милфе. Спасибо за информацию, капитан. Вы хорошо сделали, что сами к нам пришли.
— Это мой долг, — ответил Васто, коснувшись полей шляпы, и ушел вслед за боцманом.
— Все понятно с Маццалупо. Синьора любит молодое мясо. Эта штучка мне нравится все больше и больше.
— То, что она нам сказала…
— Может означать все или ничего. По-моему, это ничего не значит, — заключил Флавио, вытаскивая сигарету из пачки.
Корабль внезапно накренился, издав зловещий стон, и киль захлестнула огромная волна. Мужчины потеряли равновесие и ударились о стену с глухим стуком. На мгновение они замерли, затаив дыхание, а потом напряженно переглянулись.
— Я начинаю думать, что этот корабль проклят, Монтекри, — прошептал Карузо, как только пол перестал плясать под ногами, и наклонился, чтобы поднять пачку, выпавшую у него из рук.
— Ну ты-то не начинай. Нам только суеверий здесь не хватало.
Мисс Марпл и Пуаро вошли со скучающим видом, абсолютно безразличные к трагедии и непогоде.
— Ах, если бы только кошки могли говорить… — произнес Карузо, глядя на них. — Уверен, они знают, кто виноват.
Глаза Марцио вдруг осветились внезапным озарением.
— Карузо, ты гений! — выдохнул он взволнованно.
— Почему?
— Потому что кошки могут говорить.
— Что ты курил, Монтекри?
— Вот видишь, я прав! Ты действительно гений! Решение кроется здесь. Иди за мной!
— Может, лучше нам сначала послушать этого актера, Кристалло?