Скотт залез в рефрижератор и принялся стаскивать все ящики к дальней стенке, туда, где поменьше трясло. Наконец с этим было покончено. После этого сержант вновь вернулся в лабораторию. Отворив дверь, ведущую в морозильную камеру, ударом ноги, он остановился посреди комнаты. Теперь в его руках был шприц. Тот самый шприц, в котором доктор Дункан смешал одну из порций своего адского бальзама.
Наклонившись, Скотт быстро и уверенно ввел иглу под основание черепа Люка Девро. Палец его капля за каплей выдавливал жуткую смесь в мозг Джи-Эр-44. Осторожно. Этот парень был нужен ему живым. Когда с девчонкой будет покончено, он предстанет перед судом. Перед военным трибуналом. По обвинению в дезертирстве и шпионаже. В шпионаже против собственной страны. Нет, сейчас Скотт не станет его убивать.
Сержант с холодным смешком бросил шприц в угол. Девро ещё может пригодиться ему. В том случае, если этот человек решит искупить свою вину перед страной, армией и солдатами своего отделения, миссия его будет проста — помочь им обнаружить и убить Рони Робертс. Возможно, именно так всё и случится. Ведь даже сраный гук доктор Грегор в конце своего пути раскаялся в содеянном. Правда, в тот момент что было уже совершенно неважно.
Скотт упёр кулаки в бока и остановился, широко расставив ноги, глядя на сидящих в креслах, неподвижных унисолов.
— Встать! — гаркнул он. — Быстро поднимайтесь, ленивые олухи! У нас нет времени, пора выступать.
Унисолы открывали глаза. В них не видно было ничего, кроме пустоты. Но так и должно было быть. Во всяком случае, сейчас.
Им нужно какое-то время, чтобы прийти в себя, — подумал Скотт. — В конце концов, слишком долго они не были вместе. Этим ребятам пришлось сильно постараться ради того, чтобы выжить».
Вот поднялся первый. За ним — второй. А вскоре все шестеро уже стояли, вытянув руки по швам. Лишь Девро не смог отреагировать на команду, но в этом не было его вины. Он всё ещё находился под действием вакцины.
Скотт улыбнулся.
— Теперь, ребята, берите этого парня, быстро выходите на улицу и забирайтесь в рефрижератор.
Не задавая ни единого вопроса, унисолы потянулись к выходу. Они исчезали в тёмном дверном проёме, и Скотт, ещё раз довольно улыбнувшись, подумал о том, что вот они все, живые, нужные ему люди.
Он вытащил из оружейной комнаты семь комплектов обмундирования и обуви и, подойдя к рефрижератору, зашвырнув их внутрь, туда, где уже стояли навытяжку шестеро его солдат.
— Одевайтесь, скомандовал он, — а затем идите к заднему борту и ложитесь там. Кто-нибудь помогите одеться рядовому Девро.
Никому из них не понадобилось повторять дважды. Скотт спокойно, без лишней суеты, закрыл створки грузовика. После этого подошёл к кабине, куда несколько минут назад положил гранатомет М-1, и забрался внутрь. Смертоносное, плюющееся взрывами устройство лежало рядом, на соседнем сиденье.
Сержант не торопясь развернул грузовик и, отъехав метров на пятьдесят, остановился. Подхватив с сиденья гранатомёт, он вышел на улицу и, подойдя поближе к трейлеру-лаборатории, тщательно прицелился. Светлое пятно, — вход в кузов трейлера, — служил отличной мишенью. Конечно, Джи-Эр-13 мог бы попасть в неё и с большего расстояния, однако не хотел рисковать. Времени у него действительно было мало. Нужно убираться отсюда, пока не объявились ребята из ЦРУ, или уж откуда они там были. Дункану лучше знать.
Он чуть задержал дыхание и нажал на курок. Послышался громкий хлопок, и из ствола гранатомета вырвалось облако едкого сизого дыма. Граната огненной молнией прочертила в воздухе жёлтую дугу. Она летела не прямо, а словно немного забирая вбок. Вот она исчезла в светлом прямоугольном пятне, а через мгновение послышался взрыв. За ним ещё один и ещё.
Скотт улыбнулся. Дверной проём озарила слепящая белая вспышка, а следом за тем трейлер-лаборатория окутался дымом. Пламя вырывалось из дверей и завивающимися языками поднималось к небу. Ещё несколько секунд спустя из трейлера повалили клубы чёрного дыма, в которых плясали оранжевые чёртики разрушения.
Скотт бросил в сторону трейлера последний взгляд и вернулся в кабину рефрижератора. Он все сделал правильно. Теперь преследователям никогда не найти их. Все центры слежения ликвидированы, никто не сможет определить их местонахождение. Равно как и никто, кроме него, не сможет отдавать команды унисолам. Его отделению. В самом деле, они не имели на это никакого права. Только он, сержант Скотт. Ведь это были его ребята, его люди.
Рефрижератор затрясло. Теперь Скотт повёл машину не к Сто шестьдесят третьей дороге, а в противоположном направлении, поближе к Биг-Лейк. Он надеялся выехать на Шестьдесят седьмое шоссе где-нибудь дальше.
Так что к тому моменту, когда Мюрей Мигдли вместе с полицейской машиной подъехал к тому самому месту, где Скотт отобрал у бедняги его грузовик, они не нашли ничего, кроме валяющегося на дороге трупа доктора Айзека Дункана, присутствие которого подтверждало слова шофёра, и гигантского костра, пылающего метрах в ста от перекрестка Сто шестьдесят третьей и Шестьдесят седьмой.
К удивлению Рони отыскать нужную ферму оказалось гораздо проще, чем она думала. В основном, благодаря тому, что вертолёты совершали вокруг неё странные круги, которые с каждым разом становились всё шире и шире. Похоже, они пытались отыскать кого-то в тёмной ночной степи. Однако Рони пока не знала, кого.
Поднимая пыль, такси помчалось к ярко освещенной ферме. Один из вертолётов тут же увязался за ними, держа машину в круге яркого света.
— Вот дерьмо, — шофёр выглянул из окна и посмотрел наверх. — Эй, а вы, случайно, никого не убили?
В другое время девушка обязательно сострила бы в ответ, но сейчас ей было вовсе не того. Она лишь покачала головой. Такси остановилось неподалеку от дома и Рони, расплатившись, выбралась из машины.
Она сразу же увидела снующих по двору людей в чёрной униформе, с оружием в руках. Несколько часовых охраняли дорогу, и ещё пару девушка заметила чуть подальше, в степи.
Таксист поторопился побыстрее убраться с больно уж приметного места. Он был достаточно умен, чтобы сообразить, что к чему. Часовые, вертолёты. Всем известно, что это первые признаки правительственного расследования. А коли так, значит и его могут вполне затаскать по полицейским участкам. При этом еще и будут задавать всякие идиотские вопросы. Зачем приехал? Для чего приехал? Как будто он не водитель такси, а какой-нибудь там кассир в кинотеатре, сидящий безвылазно в своей будочке.
Рони проводила машину взглядом, а затем быстро направилась к дому. Она успела пройти лишь несколько шагов, как дорогу ей преградил один из часовых.
— Прошу прощения, мисс, — ледяным тоном произнес он, — но боюсь, вам нельзя туда ходить. Здесь проводится правительственное расследование.
— Я знаю, — кивнула Рони и нетерпеливо добавила: — Но у меня там муж.
— Муж? — часовой недоверчиво взглянул на неё. — Как его фамилия?