Заглянул в мое лицо, пригладил волосы, и нежно-нежно поцеловал.
– Вот когда Таисия будет выходить замуж, и когда она объявит, что ждет ребенка, у меня будут совершенно другие эмоции. Вы всегда будете у меня на первом месте, и никто вас не сможет заменить. Просто поверь мне.
И я поверила его словам. Он говорил это очень искренне. Но все равно на душе неприятно как-то…
Да, я очень много думала.
Думала… думала… На меня нападал страх, что он уйдет от нас с Тасей, что все, что мы строили, будет в одночасье разрушено, что все мои мечты о том, что мы вместе проживем до глубокой старости рухнут в один прекрасный момент, оставив после себя одни руины.
А потом я брала себя в руки, приводила в порядок мысли, и понимала, что я себя и правда накручиваю.
Вот дурочка.
Знаю же, как он сильно любит нас с Таськой.
Мне ведь правда хочется прожить с ним такую же жизнь, как у моих родителей. Они до сих пор сидят в обнимку, смотрят друг на друга влюбленными глазами. Оба седовласые, у обоих на лице глубокие морщины, у них столько всего за плечами, но никакие трудности не смогли разрушить их крепкий брак.
Вон, мама сейчас сидит какая красивая: на шее колье, в ушах серьги с гранатом, на запястье сверкает браслетик из того же комплекта, а платье какое на ней великолепное ― яркое, цветастое. Оно отражает ее внутренний мир.
Да и папа как настоящий джентльмен: белая рубашка с черным галстуком-бабочкой, черные брюки, волосы зачесаны на бок. А взгляд! Только посмотрите на его взгляд ― влюбленный, очарованный. Смотрит на мамулю таким глазами, словно никого вокруг больше нет, есть только она одна. Они уже полвека вместе, а он все никак не может ею налюбоваться.
Вот это пример отношений между супругами, которые я хочу видеть в своей семье.
Дай бог и нас с Артуром ждет то же самое. Рука об руку до конца жизни.
Я для себя решила, что появление Аллы ― очередная проверка наших отношений, и мы успешно ее прошли.
Он еще раз доказал мне, что ему кроме меня и нашей дочери никто не нужен.
И он четко дал мне это понять. Я ему доверяю.
– Офиге-е-еть, ― в шоке протягивает Тася, глядя в экран своего мобильника.
Вдруг резко встает со стула, выбегает в центр комнаты, и начинает прыгать, глядя на нас счастливыми глазами.
– Ура! Ура-а-а-а! А-а-а-а-а-! Капе-е-е-ец! А-а-а-а! Я не верю! ― хватается за голову.
– Таиська, ты чего это? ― хлопает глазами мама. ― Тебя кто укусил-то? Муха счастья что ли? ― прыскает со смеху.
– Ща, дайте отдышаться, ― хватается за бок. ― Короче, ― садится обратно на свой стул, залпом выпивает сок из стакана, и с грохотом ставит его на стол. ― Я прошла!
– Куда? ― удивленно моргает папа.
– Чего она сказала? ― смотрит на него мама. ― Она куда-то пошла?
А я уже догадываюсь, в чем дело. Замираю, во все глаза глядя на Тасю. Жду, когда она это озвучит.
– Я прошла в следующий этап! ― подпрыгивает на стуле дочь. ― Вы только прикиньте, я прошла! А-а-а-а! Не могу в это поверить! Погодите, я хоть все правильно поняла? ― снова хватается за телефон. ― Так, мне пишут, что девочка, которая опередила меня по баллам, нарушила правила ― ее песня была полностью сгенерирована в нейросети, и я автоматически встаю на ее место.
– Тася! ― бегу ее обнимать. ― Девочка моя, я так за тебя рада. Ты так мечтала об этом. Да не только ты, мы все вместе мечтали, чтобы ты прошла, чтобы тебя заметили, и у нас получилось! Получилось! Ура-а-а! ― крепко-крепко обнимаю ее.
– Это про тот музыкальный конкурс, да? ― спрашивает сестра.
– Это из-за которого ты ревела, что не взяли? ― уточняет брат.
– Да-а-а, ― в шоке смотрит на всех Тася. ― Я думала, что после этого кастинга я вообще никогда в жизни не сяду за написание песен, и не прикоснусь к фортепьяно. Потому что я была уверена, что точно попаду в следующий этап, что меня заметят, и совсем немного не прошла по баллам.
– Такая трагедия была, ― подтверждаю я. ― Она несколько дней рыдала в подушку. Даже попросила нас с Артуром выставить фортепьяно на продажу. Хорошо, что мы этого не сделали, да? ― треплю ее за плечи, целую в щеку, иду к своему стулу, и слышу ее расстроенный голос. ― Мам… Мамочка… Они пишут, что следующий этап будет послезавтра… Мам, что делать? ― начинает паниковать, быстро кусает губу. ― Мы же только через три дня вылетаем.