Мастеровой, который ранее сокрушался на тему, что придётся ходить к Варваре, пришёл первым. Он с удивлением покачал головой, увидев меня за работой и ему досталась первая тарелка.
— Пока мойте руки, — указал я на уцелевший рукомойник, в который уже успел набрать свежей воды. — Когда руки чистые, и еда вкуснее.
Он что-то проворчал под нос, быстро разобрался, как пользоваться чудом инженерии, затем уселся за стол.
Он недоверчиво принюхался к содержимому тарелки, шумно прихлебнул из ложки, потом сунул её в рот и промычал:
— Славная похлёбка! Варвара пусть лесом идёт! — воскликнул он. — Малец, ты хорошо усвоил уроки Марии!
Он принялся с аппетитом уплетать моё варево, а я ухмыльнулся. Знал бы ты, друг, кто тут чьи уроки усвоил.
Система тоже не заставила себя ждать, сигнализируя о возросшей репутации и общем уровне таверны.
Удивительно, но уровень таверны вырос до того же значения, что было пару дней назад, когда таверна была цела. Я с удивлением обнаружил семьдесят пятый уровень. Выходит, всё держится на кухне и репутации. Да, чистый зал сильно повышал рейтинг, но если он грязен и не убран, то не важно, что он есть, что его нет. А так, на улице да на свежем воздухе, даже и приятнее.
Другие посетители заглядывали во двор, с удивлением осматривали моё кафе под открытым небом и подходили ближе. Глядя, с каким аппетитом мастеровой уплетает похлёбку, они устраивалсь за столами, и я, не дожидаясь заказа (а особых разносолов сегодня не предвиделось), сразу наливал им полную тарелку.
Прогресс кулинарии шёл полным ходом, я на те уведомления даже внимания не обращал, потом погляжу. Жалко специй нет, а то так были бы дополнительные очки за работу под воздействием от похлёбки. Хотя сейчас вечер. Кто будет работать перед сном?
Не забывал тренировать и воздушный клинок, пока стучал по доске.
— Уф, малец, добавка есть? — спросил мастеровой, сыто хлопая себя по животу.
— Если подождёте, то будет, — ответил я.
Сыч и Коготь вернулись из своего тайного похода в лес и стояли поодаль, привычно озирая территорию.
У меня не хватало продуктов, те, что я вынес из подвала, уже подошли к концу. Я осмелел и махнул рукой охранникам таверны. Сыч подошёл ближе и вопросительно посмотрел на меня.
— Можете принести ещё овощей из подвала? — спросил я, не отрываясь от нарезки картошки кубиками. — Я не ожидал, что людей будет так много. Не хочу заставлять их ждать.
— А ты не обнаглел? — с усмешкой спросил Сыч. Впрочем, злобы в его голосе не было, скорее одобрение. Подтверждая мои мысли, он ворчливо добавил: — Так и быть, но не вздумай делать из этого привычку!
— Спасибо! — крикнул я ему вслед.
Он поднял руку, не оглядываясь, мол, отвали.
Коготь, скрестив руки на груди, наблюдал за нами. Когда Сыч вернулся с мешком овощей (а я, дурень, не догадался, руками таскал, потому и мало вышло), Коготь подошёл ближе и спросил:
— Ты ему мальчик на побегушках что ли? — хмуро спросил он у товарища.
Сыч поставил мешок рядом со мной и ответил:
— Не бузи, Коготь, пацан делом занят. Спасает честь Виктора и его таверны. Еще и заменяет раненую Марию. Почему бы и не помочь ему в этом? Он, считай, и нас спасает.
Коготь поморщился, но кивнул.
— Уговор был такой, — вдруг объявил один из посетителей, толстый румяный мужчина с курчавой бородой. — Если не понравится, можно не платить. Так? Все же это слышали?
Народ одобрительно загудел. Я напрягся и замедлился с нарезкой. Обернулся и в упор посмотрел на толстяка.
— Да, я действительно такое обещал, — сказал негромко. — И если вам не понравилось, можете не платить. — Толстяк победно улыбнулся и оглядел остальных. — Только скажите, пожалуйста, что именно было не так? — продолжил я. — Я бы хотел улучшить свои навыки, поэтому ваши замечания обязательно приму.
Мой вопрос смутил хитреца.
— Ну-у-у, — протянул толстяк, вставая на ноги. — Это… Как бы сказать… Невкусно и всё. — Он упёр руки в бока и выпятил живот.
— Андрей, как всегда, недоволен, — выкрикнул лысый мужик из-за соседнего стола.