— Ну, вот и договорились, Ника! — Я поднял руку и притронулся к пушистому боку панды. — Приятно познакомиться.
На душе стало легко, не смотря на всё, что случилось со мной за это время.
Я с удвоенным интересом принялся всматриваться в надписи вокруг, выискивая травы, которые пригодились бы для обычного улучшения вкуса блюд, без специальных возможностей.
Взгляд упал на растение, подозрительно напоминающее петрушку.
Подошёл понюхал. Дал понюхать Нике, тут же одёрнул, чтобы не съела. Снова посмотрел на растение в ожидание подсказок системы.
Петрелия. Растение.
Свойства.
На короткий срок незначительно повышает сопротивление болезням и проклятиям.
Иных свойств не обнаружено.
Что ж, неплохо. Оторвал маленький листочек.
Так и на вкус петрушка! Тут же сорвал все кустики. что были в округе. Нашёл всего семь, но и это лишним не будет.
Заметил только, что травничество не добавилось. Видимо, не такая ценная трава. Что бы эта система понимала! Петрушка, вернее петрелия, бесценна для хорошего блюда.
Пока искал еще петрелию, нашёл аналог укропа и мяты. Пришлось повозиться, но вскоре получил подтверждение, что эти травы хоть и не обладали чудесными свойствами, но и не отрава. И на вкус соответствовали. Разве что названия отличались от привычных.
Холодянка. Растение.
Незначительно повышает харизму.
Убирает неприятный запах изо рта.
Незначительно повышает ясность ума.
Мелкий разлапник. Растение.
Нейтрализует запахи.
Кратковременно повышает сопротивление болезням.
Итак, у меня есть местный аналог укропа петрушки и мяты. Базовые приправы, без особых магических свойств, но для кухни — бесценно.
Мария еду солила и перчила, и на этом её кулинарные фантазии заканчивались. Я же собирался менять правила игры.
Травничество росло с каждым сорванным стеблем. К тому моменту, как впереди показался частокол таверны, в мешке набралось трав на десяток блюд.
Панда залезла обратно за пазуху, и я сунул ей горсть разных листьев. С её навыками правильного питания сама разберётся, что ей нужно. Наевшись, Ника снова задремала. На краю сознания я ощущал её довольство.
Я подошёл к воротам и нахмурился. Створки были приоткрыты. А я точно помнил, что закрывал их перед уходом, чтобы было ясно, что таверна не работает.
Радостное настроение мигом слетело. Рука легла на рукоять кинжала.
Я тихо проскользнул во двор. Пустые столы, которые горожане вытащили из зала после пожара, стояли тёмными глыбами. Погасшее кострище в стороне зияло, как чёрная дыра. Вокруг никого. Но ворота ведь кто-то открыл.
Я поставил мешок у крыльца, затем медленно, стараясь не скрипеть половицами, вошёл в обгоревший зал. Внутри было темно — хоть глаз выколи. Я замер, давая зрению привыкнуть.
В глубине дома что-то стукнуло. Тихо, но отчётливо.
Кто-то копошился возле комнаты, куда я сложил уцелевшие вещи.