Он отдёрнул голову, потрясённый, но её ноги сжались сильнее, заставляя его продолжать входить и выходить из неё.
— Укуси меня, — потребовала она, прижимая его голову к своей шее.
Он подчинился. Всегда подчинился бы любому её желанию, всему, чего она хотела. Он вонзил клыки в её нежную плоть. В тот же миг Ава выкрикнула его имя, когда он вырвал из неё оргазм, и ощущение того, как она сжалась вокруг него, лишило его рассудка.
Он пил глубоко, вколачиваясь в неё, а кровать ещё сильнее билась о стену, дерево трещало, пока он наконец не потерял контроль. Его глаза закрылись в экстазе от её крови, от ощущения её тела, движущегося в унисон. Он чувствовал её сердцебиение в потоке её крови, пока наконец его собственное тело не разлетелось на части. Отпустив её шею, он прорычал её имя небесам, к каждой звезде в небе, снова и снова. Он врывался в неё, остаточные толчки всё ещё сотрясали его тело, когда он рухнул сверху.
Он чувствовал, как её тепло просачивается сквозь его кожу, ощущал её грудь, придавленную к его груди, её ноги всё ещё крепко обвивали его талию, удерживая его прижатым к ней, пока она тяжело дышала ему в ухо.
— Это было… Это было не похоже ни на что, что я когда-либо испытывала, — выдохнула девушка.
Маалик ухмыльнулся как безумец, поднимая голову, чтобы посмотреть на неё сверху вниз. Боги, какая же она была прекрасная. Её чёрные волосы рассыпались вокруг по подушке, кожа сияла в тусклом свете камина, покрытая блеском пота. Щёки пылали от его крови.
Та всё ещё покрывала её тёмно-красные губы, размазывалась по подбородку и горлу. Он наклонился, провёл языком вверх по её шее к уху, и Ава задрожала под его прикосновением.
— Я чувствую то же самое, — пробормотал он, целуя её ухо, затем щёку, пока не добрался до этих кроваво-красных губ. Он игриво прикусил их, и из неё вырвался тихий смешок.
Этот звук заставил его улыбнуться шире. Это он сделал. Заставил её смеяться, улыбаться.
— Ты такая прекрасная, — сказал он, скользя взглядом по её лицу.
Он увидел, как её улыбка на секунду дрогнула, прежде чем её ладонь легла ему на щёку.
Она потянулась вверх, нежно поцеловала его в губы и отстранилась.
— Спасибо, Маалик.
Он нахмурился, глядя на неё сверху вниз.
— За что?
— За то, что заставил меня снова почувствовать себя живой, — девушка притянула его к себе для нового поцелуя.
От её слов у него сжалась грудь. Он пытался придумать, что сказать, когда кулак начал колотить в дверь спальни.
— Маалик, какого хрена? — донёсся злой голос Мариуса.
Дерьмо.
Маалик совершенно забыл о Мариусе. Блядь, и о Сабриэль. Рядом с Авой он больше не мог себя контролировать. Когда они были вместе, весь мир буквально исчезал.
— Дай мне, блядь, минуту, — рявкнул Маалик в ответ.
— Я отследил телефон Сабриэль, так что твоя минута, блядь, истекает. Засунь член обратно в штаны, и пошли уже, мать твою, — пролаял Мариус сквозь дверь.
Да чтоб меня.
— Что происходит? — спросила Ава, широко раскрытыми глазами переводя взгляд с двери на Маалика. — Кто это?
Маалик снова поцеловал её, а потом отстранился, и его тело взбунтовалось от потери её кожи на своей. Он был почти уверен, что его внутренний вампир тоже вздохнул от этой утраты.
— Я всё объясню, но нам нужно привести себя в порядок и одеться, — сказал вампир, глядя на кровь, размазанную по её коже. Прекрасно зная, что и на нём самом её кровь. Чёрт, он чувствовал её запах на себе, и где-то глубоко внутри снова начинал разгораться огонь.
Сейчас не время, — подумал он, закатывая глаза, когда Мариус снова принялся колотить в дверь. И направился в ванную, чтобы привести себя в порядок и собраться. Пришло время найти Сабриэль.
Ава вытерла пот со лба и снова бросилась на Григори, а ангел отражал каждый удар, который она пыталась по нему нанести. Он легко увернулся, закрутился ей за спину и игриво шлёпнул деревянным мечом по заднице.