— Завтрак, конечно.
— А-а… Да нет, не нужно. Я приду в кухню! Спасибо.
— Хорошо. Тогда кофе будет ждать вас там. Вкусный, кстати! Я хорошо варю его.
— Супер. Сейчас оценю! Минуточку…
Я сняла футболку, в которой спала, надела халат и направилась в ванную комнату, чтобы умыться и привести себя в порядок. Виктор шебуршил на кухне, весело напевая под нос какую-то популярную песенку…
Я невольно улыбнулась.
Опять меня посетило ощущение, что мы могли бы быть с Виктором отличной семьёй.
Мне никогда не готовили завтрак, и уж тем более, не предлагали принести мне кофе в постель, а ведь это оказалось так приятно!
Глава 47
— Что ж… Спасибо вам за гостеприимство, Виктор, — сказала я, вставая из-за стола и собираю посуду после нехитрого завтрака: яичница с ветчиной, тосты с сыром и кофе, сваренный в турке.
Кстати, кофе мне очень понравился. Сто лет уже не пила такого, именно приготовленного в турке на огне. У кофемашины, что стоит в кухне нашей с Егором квартиры, получается, конечно, божественный капучино, очень нежный, с взбитой пенкой, но кофе, приготовленный в турке на огне всё же отличается особенным, насыщенным вкусом…
И я будто вспомнила молодость. Мы такой пили ещё до того, как бизнес Егора поднялся. Ностальгия…
Снова кольнуло сердце, что теперь всё, что было с Егором, остаётся лишь в прошлом, которое он сам перечеркнул, когда завёл вторую семью.
Но что ж теперь сделать? Ничего уже исправить невозможно.
Придётся принять и жить дальше.
Этот фарш невозможно повернуть назад, корову из котлет не восстановишь!
Теперь мне предстоит совсем иной путь: быть разведённой, рожать в одиночку в таком уже не юном возрасте. Но он — мой, и я его пройду достойно.
— Давайте, я посуду помою? — предложила я, погрузив всё в раковину. — Где взять губку для посуды?
— Да ну что вы, Нина, — улыбнулся мужчина. — Вы же моя гостья! Как можно?
— Мне вовсе несложно, — ответила я. — Вы ухаживаете за мной весь вечер и утро, мне уже неудобно так пользоваться вашей добротой и гостеприимством. Давайте я хотя бы так вас поблагодарю — посуду помою. И не возмущайтесь! Тем более, что губку я уже нашла.
Я принялась мыть посуду, хоть Виктор и просил меня этого не делать. Но мне в самом деле было просто неудобно, что он так старался, кормил меня, приютил, и хотелось чем-то ответить. Так было спокойнее для моей вечно жаждущей справедливости души.
— А вы что же — на работу не едете? — спросила я, покончив с посудой.
— Сегодня воскресенье, Нина. Я сегодня выходной, заявление принимает дежурный.
— Ах да. Точно. Совсем я в днях запуталась…
Виктор всё это время находился в кухне. Вытирал вымытую посуду полотенцем и ставил в шкафчик. В общем, работала мы слаженной командой и очень быстро убрались в кухне после совместного завтрака.
И снова появилось это ощущение уюта, домашнести, что ли, какой-то…
Семейности.
Близость эмоциональная, контакт. На одной волне. Единение душ.
Не знаю, как ещё назвать то, что я чувствовала рядом с Виктором, по сути, чужим, малознакомым мужчиной.
С Егором такое было тоже. В начале наших отношений. Потом всё остыло…