Она была бледной, но выглядела всё же лучше, чем до операции, что не могло меня по-человечески на радовать.
— Ну, проходи, милая… — пригласила она меня войти, уходя в глубь довольно просторного коридора. — Ох, ты ещё профитроли привезла? Как здорово.
— Любите их? С белковым кремом, — протянула я Валентине коробочку с лакомством.
— Все старушки питают слабость к сладкому, Ниночка.
Я разулась, сняла куртку и огляделась.
Вообще-то, квартира у Валентины была неплохая для пенсионерки. Большая, трехкомнатная, с большими комнатами и высокими потолками. Наверное, Валентина получила её по молодости за какие-то заслуги перед отечеством, её заслуги или, возможно, супруга, который, скорее всего у неё был. Это теперь она живёт на одну пенсию, одна, а квартира как напоминание о былой роскоши…
— Ну, пойдём в кухню, — позвала она меня. — Как раз перед твоим приходом чайник закипел.
Глава 49
— Да уж, милая… Жизнь тебя в последнее время не жалеет.
Я пожала плечами. Всё, что выпало на мою долю — моё, и мне придётся пройти этот путь.
— И ты решила рожать?
— Да. Я не могу лишать жизни ребёнка в утробе…
— Ох-ох-ох… — покачала она головой. — Тяжко будет. Тяжко… Но с деньгами у тебя вроде как неплохо? На дитя хватит.
— С деньгами нормально, — кивнула я. — Декрет будет, тут всё хорошо.
— Это хорошо.
— Да, насчёт этого хотя бы не переживать.
— Это уже много, девочка моя… Знаешь, как другие живут… Уходят с детьми в никуда… У тебя, конечно, не сахар, ситуация, но и не самая тяжёлая. Держись, не раскисай.
— Спасибо. Я стараюсь, — улыбнулась я старушке.
С ней приятно было сидеть и просто пить чай в кухне. С конфетами.
Уютно. Спокойно…
Какая-то она тёплая, светлая, напомнила мне почему-то мою бабулю, которой давно уж нет в этом бренном мире, царствие ей небесное… Несмотря на то, что Валентина была возраста моей мамочки, которой тоже уже не стало, как и бабули, земля им обеим пухом, напомнила мне она именно бабулю, которую я нежно любила.
— Правильно, — ласково потрепала меня по волосам Валентина. — Тебе есть ради кого теперь.
— Это точно, — снова улыбнулась я, оглядывая свой живот. Он ещё ничем примечательным не выделялся, но я уже чувствовала происходящие там процессы: мой малыш готовился расти и развиваться внутри меня. — Я постараюсь быть для него хорошей мамой. Уже второй раз. Но с таким перерывом… Мне кажется, я уже всё забыла, что там надо делать с маленькими детьми.
— Ничего, вспомнишь, — усмехнулась Валентина Петровна. — Всё само вспомнят руки. И материнское сердце.
— Надеюсь. Он ещё не родился, но я уже так его люблю…
— Ещё бы. Это ж твоя дитя… Счастливая ты такая, хоть и не вовремя так эта беременность. Видать, это то, что тебе сейчас и нужно. Бог — не Тимошка, видит немножко.
— Может, и так… Но я хочу его родить.
— Может, помиритесь? С мужем-то? — осторожно посмотрела на меня Валентина.
— Нет, — поджала я губы. — Исключено. С мужем я всё равно развод оформлю, несмотря на беременность.
— Уверена?