Я обернулся на сидящую на полу Мию и посмотрел на ребят.
— Вы и сейчас ее видите?
— Ну да, — кивнул Леон, — вот же она лежит.
— Вы видите ее лежащей на полу?
Серафим настороженно посмотрел на меня и спросил:
— Марк, что происходит? Разве Мия сейчас не лежит на том столе?
Мне пришлось отойти и развернуться к куполу, чтобы открыть другое зрение. И после этого моим глазам предстала странная картина: в центре помещения на подставке располагалась платформа, на которой лежала Мия. Однако, переключив зрение, я увидел ее на полу, там, где оставил.
— Пойдемте со мной, увидите сами.
Когда мы зашли под купол, ребята ошарашенно огляделись и посмотрели на меня.
— Что это, Марк? — удивился Леон. — Что ты сделал?
Пожав плечами, я поспешил к своей любимой, чтобы поддержать.
— Еще не знаю. Надо разбираться.
— Это голограмма, — слабо отозвалась Мия. — Зрительная. Ты создал другую картинку поверх реальной.
— Что? — я непонимающе покачал головой. — Голограмма? Но я никогда ее не делал.
— Теперь умеешь, — пояснила Мия. — Это объясняет отсутствие реакции со стороны тринадцати. Для них я продолжаю лежать в отключенном состоянии.
Только теперь передо мной стала проявляться сцена: выход Абаддона и мой непонятный выброс в сторону купола. Это зеркальное полотно, которое я построил подсознательно в страхе, что кто-то из тринадцати почувствует пробуждение Мии и выход ее древнего пленника. Пока Мия лежала в отключенном состоянии, опасности не было, но когда очнулась, я прибежал с пирса и покрыл нас привычным куполом. Когда же Абаддон напал на меня, в первые секунды я странно для себя среагировал: сделал выброс чего-то нового в сторону купола. Это что-то покрыло мой защитный купол с проекцией картинки, которую, как мне хотелось, должны были видеть все. В итоге для всех Мия продолжала лежать на платформе посреди помещения в шестом отсеке. А ребята уловили изменения только потому, что являются частью союза обратников, который я объединил. Но построенная мной голограмма действовала на всех без исключения, что меня весьма удивило.
— Это очень круто, Марк, — восхитился Серафим. — Шифра нет, руны не стоят, а картинка есть.
— Что-то серьезное способствовало такому проявлению, — добавил Леон, оглядывая пространство, где располагался купол. — Буквально стресс или очень сильные чувства.
Я заметил, как в этот момент Мия бросила на меня взгляд и опустила голову. Поискав бледными пальцами цепочку на шее, она сжала висящую на ней фигурку кролика и словно с облегчением выдохнула.
— Так, надо убираться отсюда, — решительно произнес я. — Пусть картинка остается для всех. Мия, я забираю тебя, поднимемся в центральную зону, ребята сейчас там живут.
— Ее ведь увидят, рано или поздно, — заметил Леон.
Я качнул головой:
— Нет. Там тоже будет голограмма. Просто стена, пустое место. Я не оставлю ее здесь. Пришло время побега.
Моя попытка взять Мию на руки не удалась, она отказалась от помощи, и мы направились на выход.
Я сразу покрыл друзей плотным куполом. Мы миновали винтовую лестницу, коридоры левого корпуса, как вдруг за одним из поворотов появилась Хлоя. Сначала я растерялся, но только на секунды, после чего принял злобный настрой, продолжая двигаться вперед.
— К стене! — рявкнул я, приближаясь к сопернице. — И лучше замри.
Хлоя вздрогнула и вытянулась в струну, пропуская нас по коридору. Ее глаза были закрыты бинтами, что не помешало бы ей увидеть всех. Но она видела только меня. Я понял это, проникнув в поле своей недавней жертвы. И еще — Хлоя подчинилась. Это я тоже хорошо уловил. И меня такой факт порадовал.
Пробравшись в помещение, где теперь жили ребята, я первым делом ушел в дальний угол, чтобы сделать там убежище для Мии. Сначала ничего не вышло. Я сел на соседнюю кровать и закрыл глаза. Скоро вернется мой брат, и он не должен даже заподозрить отсутствие Мии в шестом отсеке. Нужно спрятать ее здесь, укрыть свое сокровище от темных лап Самаэля. Защитить. Иначе… Нет, даже думать невозможно.
Вскочив, я рывком развернул зеркальное полотно и покрыл им весь угол.
Сработало. Нужно проверить. Тайком попросив Мию пройти под купол, я развернулся к ребятам.