Читать книгу «Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход» онлайн.

Тут же защёлкали затворы и стихли все разговоры. Минут через десять один из казаков, всмотревшись в медленно вырастающие силуэты, так же громко объявил:

– Степняки.

«Блин, мистер очевидность, – проворчал про себя Матвей. – А, то тут кого другого встретить можно».

Два десятка всадников, не спеша подъехав к каравану, остановились в некотором отдалении, и двое из них, отделившись от основной массы, медленно подъехали поближе, явно кого-то высматривая.

– Кого ищете, соседи? – нейтральным тоном поинтересовался один из казаков.

– Зерно хотим торговать, – послышался ответ с гортанным акцентом.

– И много вам зерна надобно?

– Пять мешок.

– А платить чем станешь?

– Бумажный деньги есть, мало-мало серебро есть. Будешь торговать?

– Подъезжай, смотри, – пригласил казак, указывая рукой на свою телегу.

При этом он даже не сделал попытки остановиться или хоть как-то выехать их колонны. Степняки дружно тряхнули поводьями и, поравнявшись с телегой, свесились с сёдел, разглядывая мешки. По просьбе старшего казак развязал указанный мешок. Зачерпнув ладонью горсть зерна, степняк поворошил его пальцами и, кивнув, махнул рукой. Не говоря ни слова, казак снова завязал мешок, и они приступили к торгу.

Караван всё так же неспешно двигался по тракту, а степняки тянулись за ним следом, пока торговцы находили компромисс. Наконец они ударили по рукам, и казак, получив деньги, принялся снимать с телеги мешки и просто оставлять их на обочине дороги. Когда последний мешок был снят, степняки остановили коней, и остальные, подъехав, принялись грузить зерно на заводных коней.

Привязав поводья к поручню облучка, Матвей спрыгнул на землю и, быстрым шагом догнав дроги отца, негромко поинтересовался:

– И часто так?

– Всяко бывает, – философски пожал казак плечами.

– И что, всегда продают?

– А чего бы нет? – снова пожал плечами кузнец.

– Так они ж враги. Девок наших воруют, людей убивают.

– Так что ж, не жить теперь. Воруют они и убивают не потому, что тати, а потому, что иной жизни не знают. Не умеют они на земле работать. К тому же, бывает, и мы их бьём. И девок их в полон увозим. Всяко бывает, так что ж теперь, вырезать их всех и вовек дел не иметь? Не по-божески то, Матвей. Одно дело – в бою с ними сцепиться, и совсем другое – вот так, на тракте добром поторговать. Да и редко они стали в набеги ходить. Поняли, что мы для них не добыча.

– Да уж, не добыча. Сколько раз уже было, что нападали, – фыркнул Матвей.

– Говорю же, обычай у них такой. Не был в набеге, значит, и не батыр вовсе, а так, пастух простой. А батыр – это у них серьёзный воин, который может и добычей разжиться, и семью прокормить.

– Понятно. Средневековая философия, – про себя усмехнулся парень и, кивнув, вернулся на свою бричку.

Через два дня, выстроившись в ряд, станичники принялись выкладывать свои товары на прилавки, готовясь к весёлому торгу. Ярмарка в этом времени и вправду была чем-то сродни празднику. Две недели шума, гама, развлечений и яростной торговли. Приезжали сюда и всякие цирки, скоморошьи ватаги и просто авантюристы, норовившие обжулить первого встречного. Матвей, помня, что за ним в прошлом году была объявлена охота, внимательно отслеживал любого, хоть как-то напоминавшего человека из блатной среды.

Понятно, что определить такую принадлежность с первого взгляда ему, как человеку не из этого времени, было невозможно, но кое-что заметить было вполне реально. И первое – это следы на запястьях от кандалов. Их можно было скрыть только длинными рукавами, так что, если смотреть внимательно, то отметину можно заметить, когда человек поднимает руку. Далее, наличие оружия. Огнестрел каторжники носят редко. Во всяком случае, сейчас. Им привычнее нож, кастет или кистень, в различных вариациях этого оружия.

И последнее, это татуировки. В этом времени подобные художества используют только определённые категории общества. Моряки, каторжники и тому подобные группировки. Приличному человеку носить подобные рисунки считалось моветоном. Так что сам Матвей только мысленно хвалил самого себя, что не стал в своё время украшать себя чем-то подобным. Такую живопись ударом молнии было бы объяснить очень сложно.

Товаром кузнецов заинтересовались сразу. Особенно новенькой бричкой. Матвей специально развернул её так, чтобы она бросалась в глаза свежим лаком и полированной кожей. Отправив лошадей в общественный табун, казаки с головами погрузились в торговые дела. Не спеша шествовавший по проходу богато одетый мужчина, увидев повозку, остановился и, не обращая внимания на текущую рядом толпу, принялся разглядывать её с активным интересом.

– Подходи ближе, сударь. Можешь даже руками потрогать, – с улыбкой предложил Матвей, заметив его интерес.

– Это откуда красота такая? – оглаживая широкую бороду, поинтересовался мужчина.

– Сами делали, – пожал Матвей плечами.