Читать книгу «Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход» онлайн.

Допив чай, Матвей почувствовал, что глаза начинают слипаться, и, пожелав всем доброй ночи, отправился на свою половину. Теперь, когда пристройка была полностью готова и почти обжита, ночевать он предпочитал только там.

Утром, умывшись и приведя себя в порядок, парень отправился в кузницу. Раз уж слово было дано, значит, нужно было его сдержать. Отобрав из кучи железного хлама подходящие куски, парень растопил горн и взялся за дело.

К вечеру две заготовки для метательных ножей уже были готовы. Григорий, заглянув в кузню, некоторое время понаблюдал за его работой и, одобрительно хмыкнув, отправился по своим делам.

Чем ближе подходил срок ярмарки, тем больше непонятных вопросов решал мастер. Что там и к чему, Матвей даже не пытался вникать. Не по возрасту, да и не по чину. Живя в доме родителей, он всё ещё находился в их власти. Даже несмотря на то что стал полноценным бойцом и писался в реестре как серьёзный пластун.

Вообще все эти записи для него так и остались тёмным лесом. По всему выходило, что казаков вносили в реестр дважды. Первый раз – как возможного кандидата, и второй после сдачи экзамена. Уже как полноценного бойца. Во всяком случае, иного объяснения всем этим высказываниям Матвей не находил. Закончив работу, парень загасил горн и отправился домой. Быстро поужинав, он завалился спать, чтобы с первыми лучами солнца снова вернуться к работе.

Чтобы отковать десять метательных ножей, Матвею потребовалось четыре дня. Дальше пошла полировка и заточка. Выйдя с готовым оружием во двор, Матвей проверил ножи на баланс. Воткнув все десять в свою мишень и убедившись, что ножи получились не хуже его собственных, отправился искать отца. Как оказалось, Григорий занимался подготовкой к поездке на осеннюю ярмарку, обходя соседей и выясняя, кто ещё собирается туда ехать.

Но прежде всю станицу ожидала уборочная страда. Хлеб почти поспел, так что впереди был почти месяц каторжного труда. Особенно с учётом того, что делать всё им приходилось вдвоём с отцом. Один косит, а второй снопы увязывает. К тому же ещё предстояло накосить достаточно сена для скота. И все эти вопросы были не менее важны, чем оружие и служба. Ведь голодным много не навоюешь, а кормить казаков никто никогда не собирался.

На ярмарку собирались долго и старательно. Григорий, вняв уговорам Матвея, решил ехать на торг двумя экипажами. Заодно и товару побольше взяли. Собранная парнем повозка, нечто среднее между бричкой и фаэтоном, оказалась настоящей бомбой, почти на месяц взорвавшая станичное общество. Лёгкость хода и манёвренность этого экипажа обсуждались долго и старательно, а те, кому довелось на ней прокатиться, не уставали нахваливать и её мягкость на местных дорогах.

Матвей, в очередной раз сумевший свести ужа с ежом и получить нечто такое, чего тут ещё не видели, только ехидно усмехался и втихаря потирал руки, отлично понимая, что подобный транспорт первый же толковый купец оторвёт с руками. На дворян парень не рассчитывал. Повозка была выполнена в стиле строгого минимализма и максимального комфорта. Даже сиденье кучера было набито конским волосом и было подвешено на раму, что создавало дополнительную амортизацию при езде. Диваны же для пассажиров вообще могли показаться верхом технологичности.

Правда, выполнено всё было из местных материалов, но приёмы, которые были использованы при сборке, здесь ещё не применялись. Выпросив у отца несколько полос стали, Матвей поставил экипаж на рессоры и ограничил их действие широкими кожаными ремнями, пропитанными воском. Это спасало кожу от сырости и грязи и заменяло амортизаторы. Григорий, прокатившись на этом экипаже в первый раз, долго ходил вокруг повозки, удивлённо почёсывая в затылке и тихо ворча:

– Это как же у тебя голова устроена, чтобы придумать такое?

В ответ Матвей только улыбался, неопределённо пожимая плечами. В оглобли для первой поездки он поставил своего Буяна. Норовистый конь сначала недоверчиво косился на странную повозку, а после, выкатив её за околицу, весело пошёл по тракту в полный мах. Разогнавшись, экипаж нёсся по дороге так, что попытавшиеся догнать его пара верховых казаков дружно отстали. Да, можно было бы списать это на силу и скорость самого коня, но вес влекомого груза всё равно был несопоставим.

Сидевший пассажиром кузнец только растерянно крякнул, когда понял, что опытные кавалеристы просто не могут догнать новенький экипаж. И вот теперь Матвей с отцом грузил в дроги и коляску всё, что собирались продавать. Им снова требовались деньги. Запасы металлов подходили к концу, и требовалось срочно их пополнить. Как и запас каменного угля. Не сдавался Матвей и в деле построения собственного парового двигателя.

Но для изготовления рабочего механизма требовалось ещё много чего, так что эта поездка нужна была и ему, для воплощения в жизнь собственных идей. Ну надоело парню качать ногой педаль, затачивая нож или обтачивая какую-то заготовку. Все задуманные им станки уверенно работали и выполняли свои функции. Да, не так точно и чисто, как ему хотелось бы, но и это уже был прорыв.

Отъезд был назначен через два дня. В дроги, как в грузовой транспорт, было решено запрячь трофейную пару, а в коляску Григорий решил поставить одного Буяна. Сильный жеребец запросто справится с подобным грузом. К тому же это будет и хорошей тренировкой для него. С оружием решили сильно не мудрить и брать всё, с чем обычно выходили в поле. Убедившись, что уложено и закреплено всё, Григорий хлопнул сына по плечу, с лёгкой улыбкой посоветовав:

– Всё, Матвей. Послезавтра в путь. Так что не теряй времени. Прогуляйся по станице.

– Это ещё зачем? – не понял парень.

– Глядишь, ещё какую вдову приголубишь, – поддел его кузнец, от души расхохотавшись.

Григорий регулярно поддевал парня по поводу его амурных похождений, но делал это беззлобно и не обидно. К тому же Матвей помнил, как казак без единого лишнего слова согласился отдать вдове одного из коней, чтобы помочь управиться в поле. Так что, усмехнувшись в ответ на подколку, только отмахнулся и отправился в кузню, доводить задуманный пистолет до ума.

Попытки свить пружины из оружейной стали не увенчались успехом. Парню никак не удавалось правильно подобрать температуру, чтобы получить готовую пружину и сохранить свойства металла. Ему очень не хватало толковых сплавов, но Матвей попыток не оставлял. Вот и теперь, сунув в горн кусок проволоки, парень дождался её нагрева и принялся аккуратно навивать её на старый винтовочный ствол. Вошедший следом за сыном кузнец, внимательно наблюдая за каждым его движением, только одобрительно кивал, не делая попыток вмешаться.

Закончив, Матвей плавно опустил полученную заготовку в масло и, дождавшись, когда она остынет, достал. Дав маслу стечь, парень снял получившуюся пружину и, пару раз сжав её в пальцах, мрачно вздохнул:

– Слабая.

– Оставь, Матвейка, – помолчав, посоветовал мастер. – Вернёмся, снова пробовать станешь. А пока подумай, может, чего другое в голову придёт. Или, даст бог, я снова за железом поеду да найду тебе там чего подходящее.

– Благодарствую, батя, – кивнул парень, соглашаясь.

Отложив получившуюся пружину на отдельную полку, которую ему выделил отец под его собственные задумки, Матвей уже собрался гасить горн, когда в дверь кузни робко постучали, и на пороге появилась Катерина.

– Здрав будь, дядька Григорий, – негромко поздоровалась она.

– И тебе здоровья, красавица. Случилось чего? – улыбнулся кузнец в ответ.

– Папка просил ножи заточить правильно. А то я взялась к ужину резать всякое, а они не режут, – пожаловалась девчонка, вынимая из корзинки пяток кухонных ножей.

– Добре. Глянь, Матвей, – кивнул кузнец, повернувшись к сыну.

– Где ж им резать? – проворчал парень, забирая кухонную утварь. – Это уж не ножи, это, прости господи, недоразумение сплошное.