– После скажу. Делом займись, – рыкнул кузнец, и Матвей понял, что эта история ему очень не нравится, но поступить иначе он просто не может.
Молча развернувшись, парень рысью помчался к дому. Десять минут, и он верхом, со всем уже привычным оружием, рысью подъехал к церкви. Стоявшие тут старшины, увидев парня, одобрительно кивнули, и Елизар, взяв коня под уздцы, коротко сообщил:
– С тобой десяток пойдёт. Все сейчас по домам коней седлают. А ты пока к ручью езжай. Следы посмотри. Но сам вдогон не ходи. Остальных дождись. Главное узнать, в какую сторону девок увезли.
– Понял, дядька Елизар. Сполню, – кивнул Матвей, сжимая ногами конские бока.
Всхрапнув, Буян с места взял широкой рысью, направляясь к околице. Для себя парень сразу отметил волнение, которое звучало в голосах отца и учителя. По всему выходило, что эта история для него становится чем-то вроде экзамена на звание пластуна. Ведь пластун – это не просто разведчик и диверсант. Он ещё и следопыт, который по едва заметным отметинам сможет отыскать врага в любых условиях. Так что опозориться он просто права не имел.
Перемахнув ворота, которые закрывали въезд в станицу, Матвей погнал коня к берегу ручья. Быстро добравшись до места, где Ефим набирал глину, парень перевёл коня на шаг и, свесившись с седла, принялся высматривать место нападения степняков. Брошенная казаком корзина и следы его сапог, где он бежал следом за дочерью, сразу указали нужное направление. Спустя ещё три минуты Матвей спрыгнул с коня и, присев на корточки, всмотрелся в следы бандитских коней.
Медленно двигаясь по спирали, он всё быстрее восстанавливал картину нападения. Пришли бандиты из степи. Впрочем, оно и понятно. Шли вдоль ручья, пока случайно не приметили девчонок. Состав банды – шесть человек при четырех заводных лошадях. Похоже, или куда-то далеко в гости ездили, или за покупками собрались. Во всяком случае, след заводных лошадей был гораздо легче, чем след верховых. Это означало, что шли они налегке.
Разобравшись, куда именно пошла банда после нападения, Матвей сел в седло и нетерпеливо оглянулся на станицу. Время уходило, а обещанный десяток ещё не появился. Чуть помедлив, парень толкнул коня каблуками, шагом направляя его по следу. До ближайшего холма было примерно версты полторы, так что отставшие его заметят и догонят. Внимательно разглядывая следы, Матвей ещё раз убедился в правильности своих выкладок и, в очередной раз оглянувшись, мрачно проворчал:
– Наконец-то. Явились, не запылились.
Отправленный старшинами десяток рысью двигался в его сторону. Дождавшись, когда бойцы с ним поравняются, парень чуть шевельнул поводом, переводя Буяна на рысь и одновременно начиная рассказывать диспозицию.
– Значит так. Степняков шестеро при четырёх заводных конях. На девок, похоже, случаем наткнулись. Уходят коротким галопом. След и сами видите. Если сейчас сами в полный мах пойдём, до темноты должны нагнать, – громко закончил он, вопросительно поглядывая на молодого десятника.
– Добре. Гойда, казаки, – одобрительно кивнув, скомандовал тот.
Казаки пришпорили коней и с гиканьем понеслись по степи. Азартно фыркнув, Буян с ходу перешёл на галоп и помчался так, словно намеревался выиграть мировой приз в этой гонке. Похоже, жеребец органически не переваривал в скачке кого-то перед собой. Пригнувшись к гриве, Матвей чуть привстал в стременах, с удовольствием чувствуя, как кровь начинает бурлить в жилах.
Вымахнув на холм, парень с ходу увидел вдали уходившую от преследования цепочку и, ткнув в неё пальцем, пронзительно свистнул. Казаки, так же увидев цель, отозвались разбойничьим посвистом и прибавили ходу. Степняки, заметив погоню, также прибавили ходу и принялись забирать вправо. Судя по всему, где-то там они рассчитывали найти или помощь, или место, где смогли бы оказать серьёзное сопротивление преследователям.
– К змеиной балке они рвутся! – заметив их манёвр, громко объяснил десятник. – Там солончак и ямы зыбучие. По тропе только по одному пройти можно. В балку спустятся и станут нас, как перепелов, отстреливать.
– Дядька Михей, бери половину десятка и на перехват, а я с остальными вдогон, – предложил Матвей, чуть придержав коня.
– Добре, – чуть подумав, отозвался десятник и, выкрикнув пять имён, повернул коня в степь.
Судя по всему, опытный боец отлично знал эти места и вполне мог обойти бандитов, отрезав их от нужной точки. Ведь это только на первый взгляд кажется, что по степи можно проехать где угодно. На самом деле двигаться с такой скоростью можно было только или по уже известной местности, или короткой рысью. Степь изначально изрезана всяким низинками, каменными выходами, а то и просто сурчиными норами. Так что гнать лошадей по неизвестной местности своего рода рулетка. В лучшем случае потеряешь только коня. В худшем запросто свернёшь себе шею при падении.
Убедившись, что пятёрка казаков движется в нужном направлении, Матвей сосредоточился на скачке. Буян шёл ровным, широким галопом, дыша, словно мехами воздух качая. Степняки, заметив, что казаки разделились, предприняли очередную попытку оторваться, бросив двух заводных коней. Расстояние между бандитами и преследователями медленно, но заметно сокращалось. Но Матвей продолжал вести свою пятёрку по следу.
Знавшие степь, как свою юрту, степняки не просто так шли, вытянувшись в цепочку. Похоже, рядом с тропой были какие-то опасности для коней. Брошенные лошади начали сбрасывать скорость, но продолжали тянуться следом за остальной группой. Матвей, помня, что в нынешних условиях любой поход должен приносить хоть какой-то доход, оглянулся и, увидев взмыленную кобылу одного из бойцов, скомандовал:
– Илья, их лошадей сгуртуй и за нами рысью.
– Понял, – коротко кивнул парень, сдававший экзамен вместе с Матвеем и отлично понимавший, что его конь такой скачки не выдержит.
Таким образом Матвей давал ему возможность участвовать в погоне и хоть как-то сохранить статус, или, как тут говорили, лицо. Вроде и приказ выполнил, и не виноват, что лошадь у него слабая. Ну, или уже старая для подобной скачки. Матвей и сам хорошо помнил, скольких мучений и приключений ему стоило приобрести своего Буяна. Между тем расстояние до банды сократилось метров до трёхсот. Парень уже отлично видел, что девушек везут в середине цепочки и бросать добычу бандиты не собираются.
Заметив, что банда снова начала закладывать поворот, Матвей вытянул из-за спины карабин и, загнав патрон в патронник, накинул повод на луку седла. Буян, услышав знакомый звук, прянул ушами и чуть сбавил скорость, начав двигаться ровным, не очень тряским галопом. Чуть сжав колени для упора, Матвей поднял оружие и, поймав ритм скачки, плавно спустил курок. Грохот выстрела разнёсся по степи широко, но не долго.
Скакавший первым бандит, схватившись за плечо, покачнулся в седле, но сумел удержаться. В ответ степняки ответили несколькими разрозненными выстрелами, но все пули прошли мимо. Привычно передёрнув затвор, Матвей воспользовался тем, что поворот бандиты ещё не прошли, и снова выстрелил. На этот раз в одного из тех, кто тащил за собой лошадь с пленницей. Картинно всплеснув руками, бандит выпал из седла.
Скакавший следом за ним степняк подхватил повод его лошади и, хлестнув плетью, заставил прибавить шагу.
– Ну, тварь, ты у меня точно кровью умоешься, – зло выдохнул Матвей, снова загоняя патрон в патронник.
– Хватит реветь, кулёмы, – грубовато проворчал десятник, останавливаясь рядом с саженными с коней девчонками.
– Погоди, дядька Михей. Дай им в себя прийти, – вежливо осадил его Матвей. – Не каждый день их воруют.
– Ну, тоже верно, – чуть смутился казак. – А вы чего нас не дождались? С чего ты вдруг палить начал?