— Капитан, вы что, не понимаете? Корабль сам себя чинит. Его просто нужно… покормить!
— Покормить! — передразнил её Семён Аркадьевич, побагровев ещё сильнее. — Десерт ему не принести? Что дальше? Гюнтер потребует свежих трюфелей из туманности Андромеды для своего супа?
— Ja, ja! Именно! — тут же встрял робот, подкатываясь ближе. Его манипуляторы оживлённо задвигались. — Эффективное питание — залог успеха! Я могу разработать специальный питательный раствор! У меня есть прекрасный рецепт…
— Да заткнись ты… — проворчал капитан, отмахиваясь от него, как от назойливой мухи. — Ещё не хватало, чтобы ты мне корабль своими деликатесами отравил.
Я слушал их и почему-то улыбался. Капитана можно было понять. «Полярная Звезда» была простой и честной. Дырка — вот тебе заплатка. А этот корабль… он был живым. И загадочным.
— В этом есть логика, — подала голос Лиандра. — Любая биологическая система требует ресурсов для поддержания жизнедеятельности и регенерации. Удивительно лишь то, насколько сложен и эффективен этот механизм.
Она подняла на меня свои большие зелёные глаза. На секунду мне показалось, что за холодным профессионализмом в её взгляде промелькнуло что-то другое. Тёплое. Что-то, что появилось между нами там, в «Архиве», когда нас связал тот древний артефакт. Я почувствовал, как по спине пробежал лёгкий холодок.
Я поспешно отвёл взгляд.
— Искин, — обратился я к пустоте. — Где в этом секторе можно найти всё необходимое?
— Анализирую… — без задержки ответил компьютер. — Ближайший и единственный источник с полным спектром требуемых компонентов находится на планете Крепость-7. Бывшая шахтёрская колония Империи. В настоящее время статус — независимый порт.
Капитан издал звук, похожий на предсмертный хрип подстреленного кабана.
— Крепость-7… Ну разумеется. Галактическая клоака. Язва на теле космоса. Притон для наёмников, контрабандистов и прочего отребья. Лучшего места, чтобы припарковать самый разыскиваемый корабль в секторе, и придумать нельзя!
Он был прав. Но и дрейфовать дальше на корабле, который в любой момент мог снова превратиться в дырявое решето, было чистым самоубийством.
— Значит, летим на Крепость-7, — сказал я. Голос прозвучал твёрже, чем я ожидал. Та самая холодная решимость, которая иногда меня самого пугала, снова взяла верх. — Выбора у нас нет.
Капитан тяжело выдохнул, провёл огромной ладонью по своему красному лицу и проворчал:
— Я так и знал. Вот почему нельзя просто возить удобрения на Цереру? Нет, нам обязательно нужно вляпаться в самую дурно пахнущую аномалию…
Он посмотрел на меня. В его взгляде уже не было злости. Только усталость и… доверие.
— Искин, — произнёс я, выпрямляясь в кресле, которое вдруг перестало казаться таким уж чужим. — Прокладывай курс. Покормим нашу ласточку.
Появляться на «Рассветном Страннике» в порту, который кишит пиратами и наёмниками, всё равно что нарисовать у себя на лбу мишень и размахивать пачкой юнов. Поэтому мы прилетели на «Полярной Звезде». Наше старое, побитое корыто идеально вписывалось в местный пейзаж ржавых грузовиков и разваливающихся шаттлов.
Планета Крепость-7 с орбиты напоминала гнилой фрукт. Вся её поверхность была исполосована гигантскими шрамами карьеров и каньонов, словно кто-то гигантским ножом пытался выпотрошить её, докопаться до самой сердцевины. Наш пункт назначения, порт Каньон-Рок, прятался в одной из таких трещин, уходившей на километры вглубь планетарной коры.
— Входим в атмосферу, — объявила Кира, её пальцы легко забегали по консоли. — Держитесь за что-нибудь. Судя по плотности, нас сейчас будет болтать, как носок в стиральной машине.
Она не соврала. Едва «Полярная Звезда» коснулась верхних слоёв атмосферы, корабль затрясло. По корпусу заскрежетал раскалённый воздух, в отсеке что-то загудело и жалобно звякнуло.
— Аккуратнее там! — проворчал капитан из кресла пилота. — Мне ещё за этот драндулет кредит выплачивать! Каждый лишний скрип — это минус из моего кармана!
Корабль нырнул в гигантский каньон, и нас со всех сторон обступили отвесные рыжие скалы. Солнечный свет сюда почти не проникал. Город был буквально выгрызен в этих скалах. Уродливые, ржавые жилые модули, похожие на грузовые контейнеры, лепились прямо к стенам. Их соединяли шаткие мостики и густая путаница из кабелей. Внизу, на самом дне, раскинулся порт — хаотичное нагромождение посадочных площадок, складов и ангаров, подсвеченное тусклыми прожекторами.
— М-да, — протянула Кира, прильнув к иллюминатору. — Архитектор этого чуда явно вдохновлялся термитником. Или свалкой. Скорее всего, свалкой.
Мы приземлились на одной из самых дальних и грязных площадок, подняв облако рыжей пыли. С лязгом опустился трап, и в кабину тут же ворвался местный воздух. Он пах жареным мясом. Где-то совсем рядом что-то аппетитно шкворчало на жаровне.
Мы спустились вниз: я, Кира и Семён Аркадьевич. Все в простой рабочей одежде, чтобы не выделяться. Я огляделся. Мимо нас, не обращая никакого внимания, проходили суровые, чумазые люди в шахтёрских комбинезонах. Прогрохотал на шести ногах погрузочный робот, таща на спине огромный контейнер с рудой. Из-за угла выглянул тощий гуманоид с серой кожей и четырьмя руками, он ловко торговался с каким-то бородатым мужиком, размахивая сразу всеми конечностями. Атмосфера была… тяжёлой. Классическое место на краю галактики, где каждый сам за себя.
Мы двинулись в сторону центральной части порта. Шум нарастал с каждым шагом. Крики торговцев, рёв взлетающих шаттлов, лязг металла и громкая, примитивная музыка, доносившаяся из дверей многочисленных баров.
— Надо же, — удивлённо протянула Кира, разглядывая огромный, хоть и потрёпанный, логотип Империи на стене одного из складов. — Даже в этой богом забытой дыре есть свои алчные корпораты.
Капитан хмыкнул, не сбавляя шага.