— Компьютер, доложи статус топливных баков, — на всякий случай спросил я.
— Топливные баки заполнены на сто процентов, — ответил безжизненный голос корабельного ИИ. — Заправка произведена автоматически во время вашего отсутствия согласно протоколу высшего доступа, предоставленному сервисной службой «Рынка Теней».
Надо же. Местные пауки-ремонтники сдержали слово. Пока мы там внизу рисковали шкурами, их бездушные дроны молча делали свою работу.
— Ну хоть одна хорошая новость за этот паршивый день, — пробормотал Семён Аркадьевич, вытирая пот со лба.
— Капитан, готовьте гиперпрыжок! — скомандовал я.
Звёзды на экране превратились в длинные белые полосы. «Рынок Теней» со всем его хаосом, грязью и трупами исчез, будто его и не было. Мы снова оказались в тишине. В спокойном, пустом и безопасном космосе. Мы были живы.
Но радости почему-то никто не испытывал.
На мостике повисла тяжёлая тишина. Её нарушало только сопение капитана. Он медленно повернулся в своём кресле и уставился на меня. Взгляд у него был тяжёлый, как наковальня.
— Так, Влад. А теперь давай-ка, будь любезен, объясни, что это за фокусы были? — голос у капитана был обманчиво спокойным. От такого спокойствия обычно не ждёшь ничего хорошего.
Я молчал. Что я ему скажу? Что отдал управление кораблём призраку в своей голове? Что эта сущность, которую я сам боюсь до чёртиков, просто поигралась с системами станции, как с детской игрушкой? Меня тут же скрутят и отправят в медотсек к Лиандре — только уже в качестве пациента с поехавшей крышей.
— Это… это экспериментальная система подавления, — выдавил я из себя первое, что пришло в голову. — Я нашёл упоминание о ней в старых файлах «Странника».
— Серьёзно? — недоверчиво хмыкнул Семён Аркадьевич. — Сынок, я старый контрабандист, а не зелёный юнец.
Капитан долго, очень долго смотрел на меня, и мне казалось, что он видит меня насквозь. Потом он тяжело вздохнул и отвернулся к иллюминатору, за которым проносились далёкие звёзды.
— Ладно. Проехали. Главное, что выбрались. Но врагов мы себе нажили серьёзных. Теперь за нами будет охотиться не только Империя, но и половина уголовников сектора.
Он был абсолютно прав. Мы сбежали, но цена этого побега была огромной. Мы превратились в мишень номер один для всех, у кого есть пушка и быстрый корабль.
— Компьютер, — тихо сказал я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Запусти полную диагностику всех систем. И подтверди полный возврат ручного контроля над кораблём.
— Диагностика запущена, — безразлично отозвался ИИ. Через несколько секунд он добавил: — Все системы функционируют в штатном режиме. Признаков внешнего вмешательства не обнаружено. Контроль над системами вооружения и навигации полностью возвращён пилоту.
Я смотрел на зелёные строчки отчёта, но они меня ни капли не успокаивали. Я-то знал правду. За те несколько секунд, что призрак Вазара управлял кораблём, он мог натворить что угодно. Отправить сигнал своим имперским хозяевам. Слить им наши планы. Или, что ещё хуже, оставить в системе какую-нибудь дрянь, «закладку», которая сработает в самый неподходящий момент. Он был слишком умён, чтобы не воспользоваться такой возможностью.
Погоня за моим прошлым не просто продолжалась. Она перешла на новый, куда более опасный уровень.
Глава 20
Тишина. Такая, знаете, неправильная, гулкая тишина, от которой уши закладывает. На «Полярной Звезде» так никогда не бывало. Наше старое корыто вечно кряхтело, стонало и булькало, как сварливый дед. А этот… «Рассветный Странник»… молчал. Молчал, как хищник, затаившийся в высокой траве перед прыжком. В огромных обзорных экранах висела идеальная чернота, прошитая искрами далёких звёзд. Мы просто висели в пустоте, пытаясь прийти в себя после безумных «приключений», что нам подкинула жизнь.
Это было затишье перед бурей. Я это нутром чуял.
И не ошибся. Ровный, лишённый всяких эмоций голос корабельного Искина разрезал тишину.
— Внимание. Анализ состояния биоорганической обшивки завершён. Зафиксировано критическое истощение питательных микроэлементов. Процесс регенерации повреждённых секторов остановлен на тридцати семи процентах.
Капитан медленно повернул голову.
— Чего-чего? — прогудел он. — Какое ещё, к чёрту, истощение?
— Для продолжения самовосстановления, — терпеливо повторил Искин, будто объяснял что-то неразумному ребёнку, — обшивке требуется комплекс редкоземельных металлов и органических соединений. Рекомендуется срочное пополнение запасов. В противном случае структурная целостность корпуса вернётся к исходным показателям. Старые пробоины могут вновь открыться.
На мостике стало ещё тише. А потом эту тишину разорвал звук удара капитанского кулака по подлокотнику.
— Потрясающе! — взревел Семён Аркадьевич, и его голос, казалось, заставил вибрировать переборки. — Просто нет слов! Сначала мы удираем от пиратов! Потом попадаем на корабль-призрак! Потом оказывается, что он превратился в какой-то живой организм! А теперь что? Он проголодался⁈ Он жрать хочет⁈
Кира устало улыбнулась. Её рана практически затянулась, однако настроение у девушки было такое себе.