Она всё ещё смотрела в зеркало.
— Они заботятся обо мне с самого детства.
— Да, Рэнсом сказал, что вы как семья с самого начала.
— Каждый раз, когда мне нужна была одежда или обувь — кто-то из них вёз меня в магазин, давал деньги или карточку, когда стали постарше. Я никогда особо ни в чём не нуждалась — благодаря им. Я работаю у них всего пару часов в день, а они дают мне так много. Мой отец — пьяница, мама ушла, и кроме них, у меня никого не было.
Я улыбнулась, узнав себя в этих словах.
— Понимаю. У меня наоборот: отца нет, а мама пьёт, — сказала я и подняла руку. — Тебе повезло, что они были рядом.
— Я знаю. Я понимаю, как мне повезло даже сейчас. А кто воспитывал тебя?
— Наверное, я сама? У меня не было никого, кто бы взял на себя ответственность, так что я просто справлялась. Это был, наверное, шок всей жизни, когда Рэнсом купил мне новые ботинки. Хотя, думаю, ещё больший шок — это когда он вручил мне сегодня всю эту наличку.
— Я вроде видела коробку из-под новых ботинок в офисе. Подумала: чей это размер стал меньше?
Я рассмеялась.
— Да, это было мило с его стороны.
— Они вообще милые. — Она повернулась ко мне, будто читая мои мысли. — С виду они кажутся жуткой компанией, но на самом деле — просто кучка размазни. Смотри на меня: я стою в самом красивом платье, и только что узнала, что могу его купить, потому что они чувствуют вину за то, что расстроили меня. Большие. Тупые. Размазни, — сказала она с нежной улыбкой.
— Так что, ты возьмёшь с собой кого-то из них? Или решишься пригласить своего таинственного краша?
Она тяжело выдохнула, откидывая волосы с лица.
— Сначала давай разберёмся с платьем, потом с туфлями, а уже потом решим, с кем я пойду.
— Ладно, — сказала я, вскакивая, пока она переодевалась. — Я просто рада, что ты берёшь его.
— А тебе что купим? — прокричала она из примерочной.
— Ничего? Мне ничего не нужно.
— Должно же быть хоть что-то.
— Не особо.
— Куинн, ну давай! У нас деньги жгут карманы. Давай сожжём их!
Я покачала головой с улыбкой.
— Ты — плохое влияние, Скаут. — Я глубоко вздохнула, понимая, что она не отстанет. — Ладно. Если найду что-нибудь, что хочу — скажу тебе.
Она радостно закричала из примерочной и вышла с платьем в руках.
Мы расплатились и отправились за туфлями, а после остановились у одного из магазинов и уставились в витрину.
На манекене красовалась кожаная куртка — точно в цвет моих новых ботинок.
— Это то, что ты хочешь?
— Что? Нет, она слишком дорогая.
— Нет, не дорогая. Я вижу ценник отсюда. Сто пятьдесят долларов. У нас ещё остались.
— Но я должна что-то вернуть Рэнсому.