Прижала лезвие к его бицепсу, давя сквозь ткань куртки. Он метался, пытаясь стряхнуть меня. Рэнсом сумел вывернуться, сменив позиции.
Теперь Данте оказался прижат к углу. Но он ещё не заметил этого. Проблема была в том, что я не знала, как слезть, не получив при этом новый удар.
Позади раздавались крики, кто-то бежал, но я была сосредоточена на одном, держаться и не выпускать нож.
Он, наконец, замер:
— Слезь с меня, Куинн, к чёрту!
Это была моя возможность. Я резко отдёрнула нож и вонзила его в его руку. Всего на пару сантиметров, но этого хватило.
Он взвыл от ярости, бросившись к ножу — не ко мне.
Чьи-то руки обхватили мою талию, сдёргивая меня с его спины и оттаскивая назад. Данте рухнул на землю, вопя и держась за раненую руку.
Фокс держал меня, наполовину неся, наполовину таща на бегу:
— Ты в порядке?
— Да, всё хорошо. А Рэнсом?
Он кивнул вперёд, в темноту, где Кай и Джакс несли Рэнсома к машинам:
— Кроме того, что он пытался нас остановить и звал тебя, он достаточно в порядке, чтобы дойти до машины.
— Они приковали его цепями.
Фокс сжал мою руку, не останавливаясь:
— Всё хорошо. Теперь всё будет хорошо.
— Это был Данте, Фокс. Всё он. Даже фото его рук дело.
— Ну, тогда понятно, за что ты его пырнула. — он усмехнулся, когда мы добрались до машин. — Куинн, залезай на заднее сиденье моей тачки.
Я послушалась, забираясь в тесный салон, пока они помогали Рэнсому. Его голова и половина тела оказались у меня на коленях, остальное вытянуто вдоль сидений, а ноги были на переднем кресле. Я обняла его как могла, хоть он и неудобно лежал. Он был без сознания, глаза то открывались, то закрывались, будто он пытался разглядеть меня сквозь туман.
Машины грохотали мимо, а Фокс вырулил с места с такой скоростью, что я даже не увидела, как он это делает.
Я посмотрела вниз:
— Рэнсом… — прошептала я, слёзы снова катились по щекам. Я пыталась стереть их, чтобы они не упали на него.
— Дикая… дикая львица, — пробормотал он. — Спасла меня…
С губ сорвался всхлип:
— Да. Всегда.
— Люблю тебя.
Я наклонилась ближе, чтобы он точно услышал:
— Я тоже тебя люблю. Очень. Сильно. Люблю тебя.
— Ммм, — выдохнул он, на рассечённой губе появилась блеклая улыбка. — Хочу услышать всё про твою спасательную операцию.
— Получишь всё, что хочешь, если только останешься в сознании. Всё. Ты отдал мне всё, а я не дала тебе ничего. Прости. У меня нет, что тебе предложить, Рэнсом. Прости. — я снова поцеловала его. — Всё, что хочешь.