– Нет! Она моя!
Я чувствовала, как ярость разливается внутри, и с трудом сдерживалась, чтобы не стукнуть Дуайта.
К тому моменту, когда я уже была готова взорваться, подоспел Говард и прошептал мне на ухо:
– Ананас.
Джеки резко одернула меня за плечо:
– Господи, Чарли, зачем так переживать из-за глупой обглоданной кости?
Но тут снова вмешался Говард:
– Ладно, Дуайт, дай ей разломить косточку.
О-ой! Неужели он собирался выдать всем, что я загадываю желание каждый день? Я не просила его никому не рассказывать об этом и могла поспорить, что он готов сделать это прямо сейчас, но тогда бы все подумали, что я сумасшедшая.
Правда, он этого не сделал.
Говард предложил Дуайту сделку: он отдаст ему несколько «Библейских долларов», если тот позволит мне разломить косточку вместе с Коттоном.
– Сколько? – спросил брат.
– Три.
– Давай пять.
– Хорошо.
Тогда Дуайт убежал за очередным шоколадным кексом, а Коттон протянул косточку мне. Мы взялись каждый за свой конец и закрыли глаза. Я загадала желание и потянула косточку.
Щелк!
Косточка разломилась надвое, и угадайте, что? Мне досталась большая часть! Та, которая должна исполнять желания.
– Проклятие! – расстроился Коттон, бросив кусочек кости на стол.
Прежде чем я успела поблагодарить Говарда за помощь, миссис Одом объявила, что им пора ехать, и они забились обратно в грузовик Бёрла.
Я знала, что должна была присоединиться к Джеки и помочь Берте убираться на кухне, но вместо этого я уселась во дворе, обнимая Косточку одной рукой, и смотрела, как, покачиваясь, уезжает по гравийной дорожке грузовик, полный добросердечных Одомов.
– Спасибо! – закричала я громко-громко.
Я подумала, что Говард, вероятно, меня не услышал, но потом увидела, как он поднял большие пальцы вверх, прежде чем грузовик скрылся из виду.
Двадцать три
В последний день в Колби Джеки сидела с Бертой за швейной машинкой в моей комнате и болтала о парнях, одежде и кинозвездах, трудясь над молнией. А я взяла с собой во двор Косточку и рвала траву между цветками календулы рядом с сараем, пока пес дремал на солнышке.
Было невыносимо думать о том, как Джеки сядет на автобус в Райли и вернется к своей счастливой жизни, в которой будет красить ногти вместе с Кэрол Ли, встречаться с чемпионом по пейнтболу Скутером или даже, может быть, пойдет в школу для парикмахеров. С каждым клочком травы я будто вырывала кусок своего сердца. Она оставляет меня! К тому времени, когда Джеки и Берта закончили с молнией, на дворе не осталось ни одной травинки, а мое сердце ныло так сильно, что мне хотелось плакать.
Позже тем же днем я, Джеки и Косточка пошли к Одомам, чтобы сестра могла попрощаться. Мальчишки сидели на ступеньках крыльца с таким видом, будто собирались на похороны.
– Обязательно приезжайте навестить меня в Райли. – Джеки раскрыла руки для объятий. – Все вы. Мы проведем время лучше некуда.