Ледяной сфинкс: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вот здесь медицина. Огромные помещения занимает подземный медицинский центр. Основные экспериментальные и подсобные лаборатории.

Несколько блоков. Блок реанимации — оживления умерших. Здесь ведутся и продолжительные опыты по продлению клинической смерти. Исследуют влияние низких температур на умирание-оживление и изыскивают наилучшие методы охлаждения, которые не давали бы необратимых разрушений ткани. В подсобной лаборатории молекулярной биологии работают над биологической основой реанимации, в частности исследуют влияние холода на изменения белковой части протоплазмы и ядра клеток (включая нуклеиновые кислоты), различные степени нарушения белковой структуры и ее совместимость с жизнью на разных этапах умирания и оживления. Воздействуют низкими и ультранизкими температурами на скорость обмена веществ в клетках.

После реанимации больных еще лечат гипотермией (то есть содержанием в холодной среде) до восстановления всех жизненных функций. Один из блоков занимается применением кибернетики в реанимации; ожидают, что она произведет революцию в этой области. Ее задачи — в поддержании физиологических функций человеческого организма.

Блок хирургический — трансплантации — пересадки органов. Охлажденные, изолированные органы хранятся здесь в подсобных камерах, так же как кровь в различных состояниях — жидкая и сухая — для переливания. Блок реанимации и хирургический работают в тесной связи, реаниматологи как крайнюю меру используют иногда и трансплантацию органов.

Главная криологическая больница находится наверху. Подземный медицинский центр связан с ней крытыми переходами и движущимся полом. С возможностью использования холода связаны все проблемы тканевой терапии. В подземном медицинском центре и больнице излечивают тяжелейшие заболевания. В основе лечения — изменение свойств охлажденной ткани, о чем мы как-то говорили с вами, помните, анабиоз? В больнице самые тяжелые поражения внутренних органов, крови, кожи и центральной нервной системы лечат применением гипотермии, «холодового сна», ведь там естественная, любой продолжительности гипотермальная среда.

В общем здесь люди оживают, начинают ходить, слышать, думать…

Шугов все время идет за мной, автоматически вцепившись в мою руку, держащую его локоть.

— Вот здесь работают анатомы, микробиологи, биохимики и энтомологи. А вон те зеленые двери — видите мигающий бело-розовый свет? Они ведут в хранилище замороженных больных людей, которые будут оживлены, когда найдутся способы излечения их болезней.

Да, я должна вам еще сказать заодно, что в стране мерзлоты, несколько южнее, чем этот центр, находится другое, тоже единственное в своем роде, совершенно уникальное сооружение — это подземный ледяной пантеон. Усыпальница великих, выдающихся людей своего времени. При этом усыпальница особая, в ней люди не лежат в закрытых гробах, как в римском и парижском пантеонах, а сохраняются нетленными в своем естественном виде. Они лежат доступные обозрению, как живые, в нишах, заполненных льдом, подсвеченных особым способом, что создает удивительное впечатление.

Вы знаете, что так называемое бальзамирование трупов, сохранение их в течение даже нескольких лет, стоит очень дорого, это постоянный надзор, постоянные повторные применения все новых средств. В вечной же мерзлоте это практически почти ничего не стоит, если не считать сооружения. Но, конечно, человек сразу после смерти помещается в специальный передвижной ледяной контейнер. Этим занимается служба мемориала. Она доставляет в пантеон знаменитых людей, которых потомки захотят видеть и много столетий спустя.

Теперь уйдем от медицины. Вот это — главная резиденция специальных мерзлотных лабораторий. Здесь изучается все, что непосредственно связано с нашей наукой.

В физико-химических лабораториях изучается влияние холода на органические и минеральные вещества и растворы, физико-химические процессы, обменные реакции, изменения фазового состава воды во время длительного охлаждения, также и переохлажденное состояние воды в различных по составу грунтах.

Лаборатории криолитогенеза исследуют происхождение мерзлых толщ, текстуру мерзлых пород и льда, мерзлотное выветривание. Для этих работ подземные лаборатории особенно нужны, так как здесь ученые имеют возможность брать и изучать образцы в естественных условиях, в то время как в обнажениях, обрывах и даже в только что открытых шурфах пробы уже изменены процессами перекристаллизации льда от соприкосновения с теплым воздухом…

А вот геофизическая лаборатория. Здесь под землей ведутся очень важные, так называемые опорные измерения. Они дают основные физические и физико-механические характеристики мерзлых пород. Определяются скорости упругих волн в мерзлой среде, вариационные изменения — поглощаемость различными породами космического излучения…

Существуют еще и отдельные очень глубокие шахты. На больших глубинах проводятся геотермические исследования. Они выявляют динамику изменения тепла в верхних слоях Земли на протяжении столетий.

Каждому новому этапу развития науки соответствует здесь и новая постановка задач.

Вот лаборатории механики мерзлых грунтов. В основном это лаборатории проведения длительных опытов: продолжительные испытания на прочность, на различные деформации при неизменных и меняющихся температурах, при постоянных и меняющихся напряжениях (нагрузках). Здесь же проводится и разнообразное моделирование взаимодействия мерзлых грунтов с водой при очень широких вариантах.

В результате ученые получают все необходимые параметры для расчетов и выводят основные закономерности. Здесь можно ставить опыты в больших масштабах с очень мощными прессами.

Каждой лаборатории нужны для опытов различные отрицательные температуры вплоть до нуля, поэтому ее помещения располагаются в основном не вширь, а в глубину, то есть занимают несколько этажей, и, как я вам показывала в медицинском центре, имеют и сезонные камеры вблизи поверхности земли.

А вот мы пришли в блок пищевых продуктов. Тут изучают влияние холода на биологию пищевых продуктов. Здесь работают над синтетической пищей. Хранят исходные сухие химические смеси. Сухие вещества могут храниться в холодильниках без потери своих качеств. Искусственные мясные и молочные продукты, крупы и ягоды изготовляются в мире уже давно. Некоторые страны много лет уже имеют до пятнадцати процентов искусственных продуктов.

— Невкусно.

— Новые поколения привыкнут к синтетической пище и не смогут есть мясо убитых животных. Они будут удивляться нашему варварству. Но и продукты будут другие: они не будут имитировать естественные, они будут совсем новые. Я помню, когда-то на Чукотке ребятишки не стали есть свежие яйца, которые мы привезли им на пароходе. Все с удовольствием ели только яичный порошок. И сухое молоко.

Напоследок я покажу вам самое интересное.

И мы свернули с Шуговым направо.

— Вот. Сейчас мы войдем с вами… входим… в оранжереи. Смотрите, видите — обе стены из чистого льда и сверху донизу насыщены вмороженными в лед всевозможными растениями и цветами со всех концов света. Смотрите, как подсвечен лед откуда-то изнутри этим желтовато-розовым светом. И как он пронизан пересекающимися плоскостями ветвистых морозных кристаллов. Свет в них преломляется и создает вокруг растений эти мерцающие белые нимбы. И здесь так светло от ледяных стен и подсвета, что никакого другого освещения и не нужно.

Вот шелковисто-красные, пылающие огнем лилии с бархатными белыми тычинками, груды белой сирени, нежнейшие орхидеи всех оттенков и форм, розы невиданной окраски и размеров… Оранжереи идут далеко и имеют поперечные ряды.

А вот великолепный цветочный мемориал — вмороженный в лед букет цветов. Первый строитель этого подземного центра подарил этот букет своей невесте в день свадьбы. Пройдут столетия, обоих их уже давно не будет на свете, а букет этот останется таким же неизменно прекрасным. И эти простые васильки и маки, саранки и ирисы будут напоминать людям о вечной сохранности чувства!

Я остановила Шугова.

— Ну, вот, мы и закончили наше путешествие. Сейчас поднимемся наверх.

Мы вылезли из шахты на поверхность. Порывистый ветер волнами шел из бокового ущелья. Подземный центр остался внизу.