Умереть не до конца: читать начало книги онлайн

Клио опустила крышу машины, хотя собиралась пробыть в морге совсем недолго, и заперла дверцу. Затем, поднявшись на крыльцо под камерой видеонаблюдения, она вставила ключ в замок на двери служебного входа и повернула его.

Одной из машин, движущихся в плотном транспортном потоке по Льюис-роуд мимо кованых ворот морга, была черная «тойота-приус».

В отличие от большинства автомобилей, направлявшихся к взморью, этот свернул налево, на улицу, идущую вдоль морга, а затем, в поисках места для парковки, медленно поехал вверх по крутому холму, вдоль которого с обеих сторон стояли небольшие домики с террасами. Миллиардер-в-пересчете-на-время улыбнулся. Прямо перед ним как раз было место подходящего размера. Ну просто как по заказу.

Затем он принялся снова сосать руку. Боль усиливалась и стала затуманивать сознание. Да и выглядела кисть тоже не очень хорошо. За ночь она еще больше распухла.

– Мерзкая маленькая сучка! – вскричал он во внезапном приступе ярости.

Хотя Клио и проработала в морге уже восемь лет, она все еще болезненно реагировала на запахи. Вот и сегодня, когда она открыла дверь, на нее пахнуло таким жутким зловонием, что это буквально сбивало с ног. Как и все сотрудники морга, Клио давно приучилась дышать через рот, но запах разлагающегося мяса – кислый, едкий, зловонный – был тяжелым и приторным и висел в воздухе, как будто отягощенный лишними атомами, окутывая все невидимой дымкой, кружился вокруг нее, просачиваясь сквозь каждую пору.

Как можно скорее, задержав дыхание и позабыв о том, что собиралась позвонить сестре, Клио поспешила мимо своего кабинета и вошла в небольшую раздевалку. Сняв с крючка свежий комплект зеленой спецодежды, она сунула ноги в белые резиновые сапоги, достала из пачки новую пару латексных перчаток и надела их на вспотевшие руки. Затем нацепила маску – не то чтобы это сильно уменьшало вонь, но немного помогало.

Она повернула направо, прошла по выложенному серой плиткой короткому коридору в приемную, смежную с прозекторской, и включила свет. Умершая была зарегистрирована как «неизвестная» – так именовали все прибывшие сюда неопознанные трупы. Клио всегда думала, как же это печально – вот так закончить свою жизнь.

Покойница лежала на столе из нержавеющей стали, одном из четырех, составленных в ряд; оторванная рука была зажата между ног, волосы свисали назад, совершенно прямые, с запутавшимся в них крошечным пучком зеленых водорослей. Клио подошла к трупу, резко взмахнув рукой и вспугнув дюжину трупных мух, которые разлетелись по комнате. Сквозь вонь разложения она чувствовала и другой, не менее сильный запах – соли и моря. Клио начала осторожно извлекать водоросли из волос женщины, и внезапно ей расхотелось встречаться с сестрой на пляже.

В дверь черного хода позвонили. Прибыли гробовщики. Прежде чем открыть, Клио внимательно рассмотрела изображение на мониторе. Она помогла двум небрежно одетым молодым людям переместить трупы в пластиковых мешках в скромный коричневый фургон. Когда они уехали, Клио тщательно заперла все двери и вернулась в приемную.

Достав из шкафа в углу специальный белый пластиковый мешок, она вернулась к трупу. Клио ужасно не любила иметь дело с утопленниками. После нескольких недель пребывания в воде их кожа приобретала призрачный, сально-белесый цвет, да и текстура, казалось, тоже менялась, начиная напоминать слегка ороговевшую свинину. Существовал даже специальный термин – «трупный жировоск», или «адипоцир», о чем с блеском в глазах сообщил Клио патологоанатом, под руководством которого она когда-то начинала работать, большой поклонник всего, связанного со смертью.

Губы неизвестной женщины, ее глаза, пальцы рук и ног, а также частично щеки, груди и влагалище были объедены мелкими рыбешками и крабами. Сморщенные обглоданные груди лежали, растопыренные в разные стороны. Бедняжка не только лишилась большей части внутренних тканей, но и почти полностью потеряла человеческое достоинство.

«Кто же ты такая?» – задавалась вопросом Клио, слегка приподнимая тело, чтобы подложить под него мешок, но соблюдая при этом осторожность, дабы не повредить плоть.

Когда вчера вечером они с детективом-инспектором и представителем коронера Ронни Пирсоном осматривали труп, то не обнаружили никаких явных признаков насильственной смерти. Вообще никаких следов, кроме ссадин, которые вполне естественно появились на теле, перекатывавшемся по гальке в волнах прибоя. Правда, с другой стороны, труп находился в стадии глубокого разложения, так что улики уже вполне могли исчезнуть. Они известили коронера и получили предписание доставить труп в морг для проведения в понедельник вскрытия; устанавливать личность покойной, скорее всего, придется по зубам.

Теперь Клио снова внимательно изучала тело, пытаясь понять, что еще можно выяснить о судьбе этой женщины: не пропустили ли они след удавки на шее или входное отверстие от пули. Всегда бывает трудно определить возраст, ели покойник какое-то время провел в воде. Судя по всему, ей где-то от двадцати пяти до сорока лет.

Возможно, утонула, когда плавала, или же свалилась за борт. Не исключен суицид. Или даже, как это иногда случалось, тело похоронили в море, но прикрепили к нему недостаточный груз, вот оно и всплыло. Хотя в море обычно хоронят мужчин, а не женщин. Возможно, она в розыске как без вести пропавшая: каждый год бесследно исчезают тысячи людей.

Клио осторожно подняла оторванную руку и положила ее на пустой стол из нержавеющей стали рядом с телом. Затем так же осторожно начала переворачивать женщину на живот, чтобы осмотреть спину. И в это время услышала где-то внутри здания слабый щелчок.

Она подняла голову и какое-то время прислушивалась. Было похоже, что кто-то открыл или закрыл входную дверь.

60

– Сэнди! – крикнул Грейс. – СЭНДИ!!!

Она стремительно убегала прочь. Черт, до чего же быстро она неслась!

Женщина, одетая в простую белую футболку, синие велосипедные шорты и кроссовки, сжимая в руке небольшую сумочку, мчалась по тропинке вокруг озера. Грейс последовал за ней, проскользнул мимо статуи и увидел, как она петляет между играющими детьми и двумя гоняющимися друг за другом шнауцерами. Вернувшись на тропу, она пробежала мимо едущей верхом на лошади нарядно одетой дамы и целой группы почтенных матрон, занимающихся скандинавской ходьбой.

Теперь Рой пожалел о выпитом пиве. Пот ручьями стекал по лицу, щипал глаза, почти ослепляя. К нему приближались двое парней на роликах. Он свернул направо – и они направо. Он налево – и они в ту же сторону. В последний момент Грейс отчаянно метнулся вправо, налетел на маленькую, отдельно стоящую скамейку и упал ничком, больно ударившись о нее лицом.

– T’schuldigen![15] – Один из роллеров, высокий подросток, стоял над ним с озабоченным видом. Другой опустился на колени и протянул руку.

– Ничего, – выдохнул Грейс.

– Вы американец?

– Англичанин.

– Извините, пожалуйста. Мне очень жаль, что так получилось.

– Я в порядке. Ничего страшного. Я сам виноват. Я… – Потрясенный и смущенный, Грейс ухватился за протянутую парнем руку, и тот помог ему подняться. Едва лишь встав на ноги, Рой снова стал искать глазами Сэнди.

– Вы порезали себе ногу, – заметил другой роллер.

[15] Простите! (нем.)