— Варадар… Варадар! — Весна не выдержала, подняв голос. — Он здесь, Дарен, всё будет хорошо, слышишь?
— Ну вот, сестрёнка, а ты переживала… — он хмыкнул снова.
— Вы в порядке, — негромко произнёс я, подойдя вплотную. — Чтобы так и оставалось дальше, лучше не шуметь слишком сильно, Весна, — я взглянул на неё.
— Да… да-да-да… — она быстро закивала, в глазах у неё плескалось беспокойство. — У Дарена рана открылась, Варадар, пожалуйста, сделай что-нибудь. Я перевязала, но, кровь всё равно не останавливается…
Я сразу принялся за рану. Срезал повязку ножом Весны, оценил состояние.
Да, кровотечение возобновилось. Не сильно. Но Дарен явно двигался больше, чем следовало.
— Наложим новую, — сказал я. — Точнее ты наложишь, Весна. Под моим руководством.
— Я? — она неуверенно облизнула губы. — Почему?
— Потому что лучше две твоих руки, чем одна моя, — я поднял руку со сломанной кистью.
— Это Великан сделал? — её голос снова дрогнул.
— Нет, это я неудачно спустился, но он поучаствовал, — тихо хохотнул, тихо морщась. — Бегал за мной по лесу, пока…
Вот тут я замолк, стоило ли говорить этим двоим про моё Посвящение? Не посчитают ли меня лжецом? Ведь если я сам заявлю о себе, как о полноценном шамане, они, скорее всего, поверят. Но как отреагируют остальные деревенские?
Не стоило ли повременить?
— Прости меня, Варадар, — тихо-тихо прошептала Весна, пряча глаза в снег под своими ногами. Её маленькие белые зубы впились в нижнюю губу, прокусывая ту до крови. — Я совершила очень большую ошибку. Если бы была внимательнее, то он бы тебя не заметил. Я не хотела, клянусь предками.
Она шмыгнула носом, добавляя:
— Думала, ты уже погиб там, а твой дух будет приходить ко мне во снах и наказывать за мою глупость… и справедливо наказывать…
— Извинения приняты. Заканчивай, — я покачал головой. — Давай лучше ткань нарежь и перевяжи рану своего брата, а то он по цвету скоро как снег будет.
— Угу, — буркнула она, вытирая лицо, а потом осторожно спросила: — А что с великаном?
— Понятия не имею. Я оторвался от него около какого-то озера, он угодил в него и промок до нитки. Наверняка сейчас отогревается.
— Надо сообщить Бранимиру, — сказала она, кривя личико, будто вспомнив о чём-то неприятном. — Он сможет убить его.
— Бранимир — это кто?
— Дядька наш… — произнёс Дарен, прикрыв глаза. — Он практик. Только хрен он с великаном справится…
— Справится, — не согласилась Весна, срезая ткань со своего платка и подола платья. — Духи помогут. Любой великан, спустившийся в долину с гор, нарушает договор между нашими народами и оскорбляет духов, которые свидетельствовали.
— Не похоже, чтобы его это волновало, — подметил я. — Им двигала ненависть. Слишком ожесточённым взглядом он смотрел на меня.
— Странно… — сказал Дарен. — Великаны — не самые приятные ребята. Могут башку открутить, если им твой взгляд не понравился. Овцу похитить у пастуха. Но не припоминаю, чтобы они нас ненавидели.
Значит, дело было в чём-то ещё.
Дух мести… в него превратился медведь, которого великан и убил. Причём, ритуально. Если верить Голосу Святилища духов, это было жертвоприношение.
— А великаны приносят жертвы?
— Да кто ж их знает, — Дарен вяло пожал плечами. — С ними из всей деревни только старик наш общался, когда поднимался в горы, да бабка-травница, лет десять назад зашла как-то на их землю.
— Почему ты спросил, про жертву? — Весна покосилась на меня.