Кэти вздыхает, глядя на очередь за едой.
— Это действительно отстой.
— Так и есть. — Мой рабочий телефон пикает, сообщая о новом сообщении. Я изо всех сил стараюсь не выхватить его из кармана, зная, что это Генри.
Она слышит звук и теперь смотрит на мой карман прищуренными глазами.
— Ладно, иди читай своё сообщение от дьявола. Я пойду за ужином.
Она уходит в очередь, а я достаю телефон.
Генри: Как ты?
Прежде чем струсить, печатаю:
Я: Я в замешательстве.
Мне хочется вернуть сообщение, как только я отправляю его. Он сейчас в «Люксе». Хотя он сам спросил, уверена, последнее, что он хотел услышать, — это эмоциональное «я в замешательстве». Вдруг он пожалеет о том, что было?
Я сижу, кусая ноготь. Изо всех сил стараюсь не ждать ответа. Через десять долгих минут, когда Кэти уже возвращается с подносом, появляются три предательские точки — он печатает. Сердце колотится от волнения и беспокойства.
Генри: Я все проясню утром. Жду тебя в семь.
Вечно так загадочно. Перевожу телефон на виброрежим и засовываю в карман, ничего не ответив, потому что, что, чёрт возьми, это значит?
Каждый день здесь будет оставлять меня в смятении?
~ ~ ~ ~
Я вхожу через служебную дверь и слышу раздражённый голос Генри.
— Меня не волнует, что говорят их фокус-группы. Это не то, на чем держится бизнес моей семьи!
Он откидывается в кресле, перекатывая ручку между пальцами, пока мужчина, с которым он разговаривает по громкой связи, приводит доводы — демография, будущее, успешная кампания Sandals. Лучи утреннего солнца льются через окно, подсвечивая золотисто-каштановые пряди в его волосах.
Лицо Генри каменное, челюсть напряжена. И всё же он, невероятно красив в простом тёмно-сером костюме, белой рубашке и серебристом галстуке, который идеально сочетается с костюмом.
— Меня не ебёт, что сработало для Sandals. Это Wolf! Мы не кучка подражателей, и эту кампанию мы проводить не будем, Блейк.
Это его звонок в шесть тридцать с вице-президентом по маркетингу Wolf. По крайней мере, сегодня у него все идет по расписанию.
— Скажи им, чтобы все выкинули и начали заново. Если не могут — найдём агентство, которое сможет. Понял?
Даже не взглянув на меня, он подзывает меня тем самым знаменитым движением двух пальцев. Я подхожу, не зная, чего ждать от этого утра. Наверное, не стоит вспоминать вчерашнее, пока не пойму, как обстоят дела.
Блейк недовольно бурчит:
— Ага.
— Хочу, чтобы новую концепцию мне прислали на согласование через неделю, раз уж мой вице-президент не справляется.
Генри нажимает на оранжевую кнопку, завершая звонок. Тем самым пальцем, который был глубоко во мне прошлой ночью и доводил до дрожащего беспамятства за считанные минуты. Я сжимаю бёдра при воспоминании.
— Доброе утро, — тихо говорю я.
Наконец Генри поворачивается ко мне, его лицо искажено напряжением и злостью.
— У меня сейчас встреча?