— Вот как? — на его лице появляется усмешка. — Решили и рыбку съесть, и косточкой не подавиться? Охотиться и торговать одновременно?
— Выходит, так.
Тильгенов возвращается к столу. Садится. Барабанит пальцами по дереву.
— Нельзя быть везде одновременно, — говорит он задумчиво. — Это закон природы. Либо охота, либо сладости. Пусть выбирают.
— Что прикажете делать, господин?
— Пока — ничего. — Тильгенов поднимает палец. — Узнайте, где именно будет эта кондитерская. Какое помещение, какой район. И когда планируется открытие.
— Будет сделано.
— И ещё, — он усмехается. — Найдите мне людей. Не наших, не из отряда. Со стороны. Тех, кого нельзя связать с «Косаткой».
Помощник бледнеет.
— Господин, вы же не собираетесь…
— Я ничего не собираюсь, — обрывает его Тильгенов. — Просто хочу поздравить конкурентов с открытием. Лично. Послать им… подарок.
Помощник кивает и выходит.
Тильгенов остаётся один. Смотрит на карту.
Скорпионов думает, что он неуязвим. Что всё у него получается. Пусть думает.
Скоро он узнает, что такое настоящие проблемы.
Глава 17
Поле боя усеяно телами.
Бурые муравьи — сотни трупов, обгоревших, изрубленных, затоптанных. Но есть и наши потери. Пятеро гвардейцев — ранены, некоторые тяжело. У основного состава тоже имеются повреждения — ссадины, серьёзные ушибы, которые потребуют восстановления в несколько дней, а то и недель.
В группе Кабанского перелом ноги, у Котова тоже есть раненые. И союзники… чёрные муравьи потеряли десятки особей, защищая свой город ещё до того, как мы подоспели на помощь.
Стою посреди поля, смотрю на это.
Война. Настоящая война. Не стычки, не набеги — война. И это только первая битва.
— Скорпионов.
Оборачиваюсь. Котов подходит, вытирая кровь с лица.
— Впечатляющее зрелище, — говорит он. — Огонь. Откуда это у тебя?
— Наследство, — отвечаю я коротко. — Долгая история.
— Надеюсь, когда-нибудь расскажешь, — смеётся он. — Ты полон сюрпризов.
— Я же говорил, что со мной будет весело, — улыбаюсь в ответ.
К нам подходят представители муравьёв. Три крупные особи — судя по размеру, какие-то командиры или вожди. Фёдор тут же оказывается рядом с переводчиком.
— Они хотят говорить, господин, — сообщает он.
— Слушаю.