Глава 13.
На кухонном диване мои мучения не закончились.
Этот матерый пес Граф постоянно нюхал мою ногу и пытался лизнуть. Мне же казалось, что он пытается ее отгрызть. Поэтому я опять жалась к Роберту в поисках защиты, но уже не так навязчиво.
– Ты не попробовала мой кофе, – напомнил он, пока сам потягивал ароматный напиток. – И хватит уже бояться собаку. Граф сочувствует тебе, а ты ведешь себя невежливо по отношению к нему.
Вот вся суть мира богатых людей: когда тебе нужно ставить интересы собак больше, чем свои собственные.
– Итак, Сонечка, поговорим? – Роберт приобнял меня сзади и прижал к себе.
Мое сердце тут же бросилось вскачь.
О чем он хочет со мной поговорить?
– Я не буду ходить вокруг до около, – он все больше притягивал меня к себе, а я не понимала куда уж ближе?! Однако я поддавалась на все его действия, так как Граф в данную минуту пугал меня сильнее. – Да, я хочу тебя. Хочу стать твоим первым мужчиной, Сонечка. Хочу быть первым, кто войдет в тебя.
Я вытаращила глаза от такой откровенности, и вместе с тем опустила голову вниз, чтобы не смотреть на Роберта. Мои щечки зарделись румянцем, а губы запылали от пощипывания.
– Я уже знаю, что ты не скажешь мне «нет», – продолжал он. – Ты не сможешь. И если вдруг у тебя хватит смелости, то это тебя не спасет.
– Но… вы же обещали… что сегодня не будет… этого, – пробормотала я, а у меня аж ослабли руки и ноги от страха.
– Обещал, – согласился Роберт. – Я сдержу обещание, если ты и вправду будешь не готова. Однако независимо от твоего сегодняшнего решения, я сделаю так, чтобы ты кончила.
– Что?! – я вспыхнула еще сильнее от таких слов. – Простите Роберт Дмитриевич, – я заметалась в его объятьях, – отпустите, пожалуйста.
– Не отпущу, – отрезал он. – Я не закончил, а ты меня перебиваешь.
Меня бросило в жар от волнения и страха. Как назло, в голову лезли картинки нашего с Робертом поцелуя, и не только картинки. А еще… то самое чувство тугого комочка внизу живота, и еще пары таких комочков в груди.
– Я хочу посмотреть, как ты кончаешь, – продолжал он, а я не знала куда себя деть от стыда. – Мне нравится, что ты послушная и молчаливая, и теперь я хочу узнать какая ты в порыве страсти. Поэтому я посмотрю на тебя сегодня, и это многое определит в наших отношениях.
– В наших… отношениях? – на этот раз я подняла глаза на Роберта, и, кажется, перестала дышать.
Мне казалось, что я сейчас описаюсь от страха и… от этого очень приятного ощущения внизу живота.
– Не думаешь же ты, что я бы стал уделять так много времени девушке, ради одной ночи? – сейчас этот мужчина пожирал мои эмоции и мой страх. – Если мне все понравится ты будешь приезжать ко мне, когда я скажу. Ясно?
Все так же испуганно глядя на Роберта, я помотала головой.
– Что же тебе не ясно? – на этот раз голос Роберта вновь стал жестким с нотками холода и металла.
– Я не стану вашей любовницей, – прошептала я.
Сейчас я боялась каждого следующего слова и тем более действия от Роберта. Он ведь совсем себя не сдерживал. Ни капли меня не стеснялся и не смягчал слова. Я боялась Роберта почти до потери сознания, но даже не помышляла о том, чтобы сбежать. Он завораживал меня. Парализовывал волю. Мне действительно не хотелось уйти, даже если бы он предложил мне это сейчас.
Рядом с этим мужчиной было так страшно, но вместе с тем внутри этого страха таилось огромное безопасное пространство. Мне хотелось попасть в это пространство. Окружить себя им.
У меня пробежались мурашки по рукам, и я вся сжалась. Роберт улыбнулся на это снисходительной улыбкой и снова потянул меня на себя, но уже усаживая меня к себе на колени.
– Нет, Роберт Дмитриевич, – я выставила вперед ладошки, желая остановить его, но он плевал на мои знаки и делал то, что хотел. – Не надо.
Мужчина усадил меня на себя верхом и обхватил одной рукой за талию, второй за затылок. Я же вся дрожала и трепетала под его ладонями.
– Ты станешь для меня той, кем я скажу, – он сверкнул темными глазами. – Ты ведь у меня такая послушная, Сонечка.
Я уперлась в его грудь ладошками, пытаясь хоть немного отстраниться, хотя мне было так тепло в руках Роберта!