— Узнал, — хмыкнул я.
— Так что у нас сегодня по встрече?
— Сегодня? — сделал вид, что запамятовал, я. Заодно попытался вспомнить, какого стиля общения придерживался с Ириной, не вспомнил, и просто отзеркалил ее же: — А с чего ты взяла, что я сегодня в Москве?
— Да уж взяла. Ходишь там по коридорам, примелькался уже всем. Ну так что, Сережа, встречаемся?
Вот и прояснилась причина ее осведомленности. Хм… И кто же это стучит, что я уже в Москве? Кто-то из ее осведомителей сразу доложил. Другой вопрос, как этот «кто-то» увязал, что я знаком с Ириной, и понял, что ей будет интересна эта информация. Как говорится, чем дальше влез, тем ближе вылез… Интересненько.
— Хорошо, Ира, давай встретимся, — согласился я.
Мы договорились на девять вечера. Она продиктовала адрес и отключилась.
Хмыкнув, я подумал о своих планах на эту встречу, и тут мне снова позвонили. Опять Ирина? Что ей еще надо?
Но это оказалась моя дочь.
— Маруся! — обрадовался я. — Как ты… — чуть не сказал «доченька», но вовремя прикусил язык. — Как у тебя дела?
— Да хорошо дела, — сказала Маруся вежливым голосом. — Слушай, Сережа, я знаю, что ты в Москве.
Пу-пу-пу… И она тоже? Я же часа два как с самолета слез! Да что ж такое⁈ Не успел я приехать и зайти в аспирантуру, а уже вся Москва об этом в курсе и гудит. Возможно, Терновский ей сказал, хотя зачем? Он же не знает о наших с Марусей договоренностях.
Поэтому просто признал:
— Да, я тут.
— Слушай, как насчет того, чтобы сегодня встретиться с нами?
— С вами? — не понял я. — Встретиться с тобой я всегда готов. А кто еще будет?
— Сашка, — сказала она. — Это мой старший брат, он хороший, вот увидишь, он тебе понравится.
У меня при слове «Сашка» аж сердце пропустило удар.
— Он здесь?
— Да, в Москве. Прилетел сегодня утром из Чехии, — сказала Маруся. — Так вот, слушай, ты говорил, что хочешь попасть на годовщину нашей мамы. У нас как раз сегодня годовщина.
Не понял. Видимо, я это сказал вслух, потому что Маруся переспросила, что я не понял. Пришлось пояснить:
— Я помню, Сергей Николаевич говорил, что она вроде как в январе умерла, а сейчас декабрь.
— Да, конечно, в январе, — сказала Маруся. — Ну, понимаешь, не всегда получается нам собраться именно в тот день. Собраться трудно. А Сашка так вообще… у него такая работа, что, сам понимаешь, вырваться крайне сложно. Тем более еще и семья. Он смог приехать вот только сейчас. Поэтому пусть мы на три недели раньше встретимся, помянем, сходим на могилу. Но это будет хотя бы так.
— Хорошо, — сказал я. — Я буду.
— Я пришлю тебе адрес кафе, — сказала Маруся и отключилась.
А я понял, что сегодняшнюю встречу с Ириной нужно отменить. Потому что встречаться с ней в тот же день, когда мы с детьми будем поминать Беллу… Нет, не хочу.
И написал бывшей: «Ирина, возникла срочная ситуация. Давай перенесем нашу встречу на пару дней. Я специально задержусь в Москве ради тебя. Извини, при встрече все объясню».
Увидев, что сообщение прочитано, я с облегчением выдохнул: видеть ее сегодня я не могу, это выше моих сил.
Глава 23
Когда Маруся прислала сообщение со временем и местом встречи, я задумался. Планировал поехать на кладбище с могилой Беллы с ними, а потом понял: ну вот как я объясню моим ребятам, что тоже хочу пойти на кладбище к их матери? Если связь между академиком Епиходовым и аспирантом Епиходовым еще можно было объяснить — мол, научная работа, эдакий мостик, — то при чем здесь Белла? Какое отношение Серега из Казани имеет к почившей супруге академика Епиходова?