— Не болтай попусту, Гибс! Я плачу тебе двое больше отца, чтобы ты выполнял мои поручения и держал язык за зубами! Бери эту записку и отнеси её дочке покойного генерала Крита, — рычит юная госпожа, и звук её голоса приходится хлыстом по сердцу.
Лира?
Это точно она… Тонкие её лица пусть и искажены сейчас злостью, но её невозможно ни с кем перепутать! Это точно она!
Та самая Лира, что сейчас лежит со мной в одной постели. Та самая Лира, что выбрала меня, решила довериться. Та самая Лира, которая несколько часов назад, стоя в полумраке пустой спальни, смотрела на меня так, что мое сердце рвалось в груди.
Лицо её, а взгляд будто бы чужой. Пустой. Холодный. Надменный.
А в её тонких, изящных пальцах та самая записка, которую Мело нашел у Ари…
Сердце пропускает удар и будто останавливается, но видение продолжает терзать…
— Госпожа, помилуйте! Я служу вам верой и правдой и никогда ни в чем не откажу, даже если меня высекут, но это… Слишком опасно! Я понимаю, что вы хотите сблизиться с императрицей, но не забывайте, что Её Величество заботит лишь её собственная жизнь! Если вы станете для неё угрозой, если совершите ошибку, она отмахнётся от вас, моя госпожа! — взывает дрожащим голосом Гибс.
— Заткнись и делай, что я сказала, и не смей меня поучать! Думаешь, если у меня юное лицо и невинные глаза, то я совсем дура? Я прекрасно знаю, кто такая эта ведьма на троне. Она умеет быть благодарной и будет таковой за то, что я помогу ей избавиться от свидетелей её ошибки, а заодно и других неугодных, поймав их в ловушку! А если Ларта реших от меня отмахнуться, то пожалеет! — выпаливает Лира.
— Ч-ч-что вы имеете в виду?
— Ты же умный, Гибс. Кого боится Ларта больше всего?
— Натравите на нее принца-варвара? Да он вам первой шею свернет, если узнает, что вы тронули ту девицу. Он её, если верить слухам, опекает. А может там что-то больше…
— Что-то большее? Не смеши. Ты видел эту серую мышь? Ни рожи, ни тела. Посмотри на меня, Гибс, и перестань уже трястись как трусливая курица. Все боятся этого варвара как какого-то бога мести и войны. Но он, в первую очередь, всего лишь мужчина. И даже если слухи о том, что он проницателен и умён, не увеличены, я буду не я, если не найду, как его перехитрить. — завляет Лира с азартом в глазах. — Вот увидишь, если судьба столкнёт меня с ним, я сделаю так, что он голову от меня потеряет. Будет волочиться, как собака. Забудет обо всём, кроме меня. Ясно тебе? А теперь иди и делай то, что я сказала!
Лира гаркает как базарная бабка, Гибс хватает злосчастную записку и убегает…
…
Не успеваю отойти от увиденного, как в глаза бьёт новая вспышка.
Городская площадь перед дворцом. На улице все ещё осень, но листья с деревьев уже опали. Народ кутается потеплее из-за холодов, но по домам не спешит.
Напротив, горожане стягиваются к помосту, где стоят связанными измученные, обессиленные люди. Их белые одежды испачканы грязью и кровью. Лица и взгляды приговорённых не отражают ничего. Им будто наплевать, что с ними станет, и лишь одна хрупкая девушка из всей дюжины всё ещё трясется от слез…
Ари... Это она!
Ее огромные серые глаза испуганно скользят по горожанам, плюющих в её сторону проклятия и останавливаются на леди в изысканном бордовом платье и чёрной шляпке с вуалью, из-под которой выглядывают завитки льняного цвета волос.
Но этой вуали недостаточно, чтобы скрыть лицо Лиры Шиен… Лицо, в котором нет ни капли раскаяния. Она стоит и просто ждёт, пока к ней не подбегает женщина лет тридцати.
По виду обычная крестьянка в заляпанном коричневом сарафане, но движения выдают в ней дворцовую служанку. Точно, я помню её лицо и знаю, кому она служит.
— Её Величество вами очень довольна. Она желает встретиться, но прежде просила избавиться от всех свидетелей, — шепчет служанка.
— Если ты о Гибсе, то он отправился пропавшей похлёбкой, — отвечает ей Лира, делая двусмысленный намек, и служанка тут же протягивает ей записку и убегает. А в следующий момент толпу накрывает испуганный хор голосов.
Казнь свершилась…
Ари мертва…
— Ничего личного. Выживает тот, у кого есть мозги и амбиции, — только и фыркает Лира себе под нос, а затем уходит в толпу, будто ничего и не было…
Глава 25. Мирос
Лера-Лира:
— Я не знаю, что именно вы сделали моему хозяину, но вам лучше исчезнуть, госпожа Шиен! — выдаёт мне Мело.