Все уставились на меня, кто-то хихикает, кто-то фоткает. Препод просто разворачивается и уходит вглубь двора, бурча себе что-то под нос. А я стою с этим медведем и мне почему-то не хочется смеяться, мне хочется спрятаться от пронзительных взглядов.
На плюшевом ухе прикреплена бирка.
«Чтобы ты могла засыпать не одна…».
Многоточие в конце предложения, как выстрел. Я глотаю слюну, мой живот сжимается.
— Слушай, — шепчет Ника, но уже тише. — Это от Артема?
Я киваю еле заметно.
— И ты говоришь, что не встречаешься с ним?!
Я не встречаюсь с ним. Я… я вообще не знаю, что происходит!
Но он все равно ближе, чем кто-либо. Даже сейчас он как будто рядом. Прячет руки за моей спиной и гладит через этого идиотского белого медведя.
Занятие заканчивается. Преподаватель уходит, студенты лениво расходятся. Кто с мольбертами, кто с недопитым кофе. Я стою у дерева и запихиваю кисти в тубус, будто от этого зависит моя жизнь. Медведь полулежит рядом на скамейке, как ненужная роскошь.
— Понравился мой подарок? — за моей спиной раздается ровный голос.
Я оборачиваюсь.
Игорь стоит уверенно, в черной ветровке и в белоснежных кроссовках, с тем же взглядом, каким смотрят на витрину с вещью, которую уже купили.
— Это ты подарил? — спрашиваю я с удивлением, за малым заставляю мои брови не взлететь на лоб.
Он усмехается и кивает на медведя:
— А у тебя есть сомнения?
Да, есть, но я не говорю этого вслух.
— Или тебе еще кто-то может дарить такие подарки? — странно улыбается Игорь.
Его улыбка больше похожа на нервные подрагивания губ.
— Нет, — отвечаю я. — Спасибо. Он очень красивый.
Я чувствую, как будто обманула его. Хотя вроде бы ничего не сказала неправильного. Просто не сказала того, что внутри: мне кажется, это не ты. Этот мишка не лепится к поступкам Игоря.
А, значит, к поступкам странного Артема лепится?!
Разве поцелованный тьмой может дарить такие подарки?
— Я на машине, — говорит Игорь, доставая ключи из кармана. — Давай подвезу тебя.
Я молчу пару секунд, решаясь что делать. Сейчас согласишься и все, назад не отыграть. А если откажешься, он поймет и может даже разозлится.
— Хорошо, — соглашаюсь я тихо.
Беру мишку в охапку, и он как будто становится тяжелее.
Игорь открывает передо мной дверь машины. Я устраиваюсь на сиденье, медведя он укладывает сзади, пристегивает его.
— Безопасность, — усмехается. — Плюшевую жизнь тоже бережем.
Я улыбаюсь, но коротко, смотрю в окно. Мелькают деревья, бетонные коробки подъездов, мамины «будь осторожна» в голове звучат странно глухо.