Капитан. Часть 3. Назад в СССР Книга 15: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

За столиком у окна сидели трое. Седой, с усталыми, но живыми глазами мужчина лет шестидесяти — академик Григорий Иванович Туманов, главный конструктор проекта, человек, который проектировал реакторы для атомных ледоколов, а теперь ехал строить мирный атом в Афганистан. Напротив него — двое молодых инженеров, его ученики, Сергей и Дмитрий.

— Григорий Иванович, — Сергей помешивал ложечкой остывший чай, — ну объясните вы нам, простым смертным, зачем нам этот Афганистан? Там же война была. И до сих пор в южных районах неспокойно. Зачем тащить атомную станцию в республику, где почти нет никакой промышленности?

Туманов усмехнулся в усы, отложил вилку.

— Затем, Сережа, что война рано или поздно заканчивается. А люди там остаются. Им нужна энергия, свет, тепло. Афганистан — страна древняя, но технологически ощутимо отсталая. Если мы придем туда с мирным атомом, с крупным проектом, который даст им электричество, воду, возможность развивать промышленность — мы закрепимся там навсегда. Не танками, не солдатами, а делом. Понимаешь?

— Понимаю, — кивнул Сергей. — Только американцам это вряд ли понравится.

— И что? Американцам многое не нравится, — хмыкнул Дмитрий. — С каких это пор это мы должны у них разрешения спрашивать? Они где-то за океаном, а Афганистан вот он, под боком! Эта страна хотя и дикая, но в ней скрыты огромные перспективы!

За соседним столиком оживленно спорили двое геологов — бородатые, обветренные, в свитерах грубой вязки. Они только что вернулись с разведки месторождений урана в горах Бадахшана и теперь делились впечатлениями.

— Там такие залежи, мужики! — говорил один, размахивая руками. — Мы три месяца по горам лазили, образцы собирали. Если станцию запустят, лет на сто вперед урана хватит. И не только для Афганистана — на весь регион!

— А дороги? — возражал второй. — Ты представляешь, как туда сложное крупногабаритное оборудование тащить? Там же перевалы, серпантины. Сегодня дорога есть, а через месяц ее песком замело.

— Дороги построим. Не в первый раз. А оборудование можно и воздухом доставлять. Как мы раньше туда танки и бронетранспортеры перевозили, а?

В углу вагона, за отдельным столиком, сидел пожилой мужчина в потертом пиджаке с орденскими планками. Он не участвовал в общих разговорах, только слушал и иногда покачивал головой, словно вспоминая что-то свое. Это был Илья Семенович Березкин, монтажник-высотник, человек, который монтировал реакторы на многих атомных станциях Союза — от Нововоронежской до Игналинской. Его уговорили поехать в последний момент — без такого опыта на высоте не обойтись.

— Илья Семенович, — к нему подсела молодая женщина в очках, технолог из Обнинска. — А вы правда на Игналинской работали?

Березкин кивнул, довольно улыбнувшись:

— Работал. Два года. Хорошая станция, надежная. РМБК-1500, между прочим, по мощности любой рекорд побьет. И ничего, стоит до сих пор, работает.

— И не боитесь? — тихо спросила женщина. — После того, что в Чернобыле едва успели предотвратить?

— А чего бояться? — удивился Березкин. — Мы ж не дураки, уроки извлекаем. Там, в восемьдесят шестом, система охлаждения чуть не подвела, так наши ребята в ручном режиме все отрегулировали, не допустили разноса реактора. С тех пор защиту втрое усилили. Так что нет, не боюсь. Афганцам тоже нужен свет. А мы свое дело знаем.

Поезд мерно стучал колесами, унося вперед, в темноту пустыни, тридцать семь человек. Тридцать семь судеб вплетенных в историю советской атомной науки.

Поезд вышел на прямой участок пути. Машинист, пожилой туркмен по имени Аннаклыч, уже не первый раз вел составы через эти места. Он знал каждый километр, каждую стрелку, каждый мост. Виадук он любил — красивый, ажурный, перекинутый через древнее высохшее русло.

Аннаклыч глянул на приборы — давление в норме, температура в норме. За спиной, в вагонах, везут важных людей. Ему объяснили: ученые, атомщики. Для Афганистана станцию строить. Хорошее дело. Мирное.

Он не видел, как внизу, под мостом, в тени опор, зашевелились фигуры. Пятеро. Бородатые. В черных одеждах, с лицами, закрытыми платками. Они ждали здесь трое суток, прячась в расщелинах. Ждали именно этот поезд.

Двое саперов, обученных в пакистанской академии, проверили последний раз провода, ведущие к термитным зарядам. Обычный тротил они не использовали — слишком шумно, слишком заметно. Термит — другое дело. Украденный, по наводке сочувствующих, с туркменского горно-обогатительного комбината, он горел тихо, но жарко. Очень жарко. До двух с половиной тысяч градусов. Этого хватит, чтобы пережечь любой металл.

— Время, — тихо сказал Карим, старший группы.

Саперы нажали кнопки.

Внизу, у оснований двух центральных опор, вспыхнул яркий, слепящий свет. Термит начал свою работу. Металл, не выдерживая чудовищной температуры, начал течь, как воск.

Поезд уже въехал на мост. Аннаклыч почувствовал легкую вибрацию, но списал на стыки. Он не видел, как под ним опоры теряют прочность.

В первом вагоне Туманов все еще сидел с учениками. Они обсуждали систему охлаждения реактора, что будет задействавана при проектировании афганской АЭС.

— Григорий Иванович, а если песок? — спрашивал Сергей. — В Афганистане же везде песок. Пыль. Она же забивает фильтры…

— Для того и разрабатываем специальные установки пылеулавливания, — терпеливо объяснял академик. — Как раз с учетом местных условий. Там, кстати, не везде песок. В горах — камень, гравий…

Во втором вагоне Березкин дремал, положив голову на рюкзак. Ему снился дом, внуки, баня по субботам. Снилось, как он сидит на лавочке у подъезда и греет старые кости на солнышке.

В третьем — геологи все еще спорили об урановых месторождениях.